Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading






НазваниеВиктор Николаев Рейтинг книги: Loading
страница11/14
Дата публикации02.03.2015
Размер1.89 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > Военное дело > Документы
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14
Магистраль

На «Скобе» завьюжило, завихрило. Засыпало все снегом, заковало властным холодом, крепким, как тысячелетний камень безконечных гор, основательно и капитально. В Афганистане все было основательно и капитально. Радость похожая на радость, скупая на время, но яркая, как осветительная ракета. И горе, как горе, изнуряющее, звериное от пронзительного осознания, что друга больше нет…
Нет, он еще живой в твоих истоптанных, перечеркнутых трассерами мозгах, но обмякший навсегда в твоих деревянных от усилий руках. Горе мрачное, горе горькое. Там настоящим было все. И понимание, что это конец, тоже не требовало никакой проверки. Что это настоящий конец, когда он наступал, понимали мгновенно. Даже морду луны вело набекрень от обстрела.
Знаменитая, вошедшая в историю «Магистраль» в декабре 87-го — феврале 88-го многих проэкзаменовала на отвагу и воинскую честь. Для кого-то она, как ни странно, стала гладким, зеркальным трамплином к новым званиям и должностям, а для многих — перерезанной жизненной нитью и дорогой в вечность.
В новогоднюю ночь пара «Скобы», приданная гардезскому отряду для усиления, взлетала дважды со «Скобы». И оба раза — «черным тюльпаном». Всего к утру в Кабул доставили двенадцать «ноль-двадцать-первых» и шесть «двухсотых». Как жутковатый новогодний подарок привезли тридцатикилограммовый брезентовый мешок, набухший от черной запекшейся крови, с останками одуревшего от веселья прапорщика-связиста.
Он, выскочив в первые десять минут Нового года из связного вагончика по нужде, сдуру заблудился в метели. И, видимо, замерзая и трезвея, ища со страхом свою машину связи, наткнулся на точно такую же, но принадлежавшую царандою — афганской армии. Те, будучи не трезвее залепленного снегом ввалившегося к ним связиста, похватали оружие для самообороны. Но прапорщик оказался проворнее. С криком: «Русские не сдаются!» — он гранатой подорвал себя и еще трех человек из правительственных войск. Да, грустно и глупо.
По окончанию работы Виктор с экипажем в столовую не пошли, узнав, что в ней сейчас находится известный телеболтун. К нему, из-за его вранья, одинаково относились все: мягко говоря, с насмешкой. Окончательно мнение о журналисте у Виктора сложилось после совместного полета.
В тот день мэтр телевизионного официоза с двумя помощниками, не здороваясь, поднялся на борт вертолета для съемки очередного сюжета, а прилетев, вышел без «до свидания». Его заносчивость и нахальство неприятно резанули тогда простых работяг афганской войны. Поэтому сейчас, прилетев, ребята обошлись в палатке тушенкой со штыка и фляжкой спирта. Уснули не раздеваясь, так как в палатке было около шести градусов тепла.
На следующий день, третьего января, в четырнадцать сорок «Магистраль» показала клыки. Взлетев, получили в воздухе привычную, не предвещавшую ничего особенного задачу. В тридцати двух минутах полета в сторону Хоста их ожидала насмерть обезсиленная, зарытая в снег группа спецназа с «Чайки». Их крепко потрепали в двухсуточном разведвыходе. Домой бачата бати Блаженко продирались с двумя убитыми и двумя тяжело ранеными. Почти все остальные «трехсотые» — раненные. Всего восемнадцать человек.
Нашли их довольно быстро по «Комару» и «Факелу» — специальным сигнальным радио и огневым устройствам. После пятнадцатиминутного болтания над ними поняли, что сесть не удастся, так как не позволяла глубина снега. Пришлось затаскивать спецназовцев на два борта тросами: на ведущий было принято двенадцать человек, на ведомый — шесть. Еще раз пересчитали их, заскорузлых, обледенелых, — слава Богу, все!
Домой понеслись молча. Живые отхлебывали из фляжки спирт, бережно передавая его друг другу. Полетного времени оставалось двенадцать минут — почти дома. За бортом наступили легкие сумерки. Машина поднялась повыше для захода на посадку. Все оживились, прильнули к иллюминаторам.
От прямого попадания ракеты в ведущий борт хвостовая балка у него отлетела сразу. В легкие Виктора ворвался мощный кислый запах. От стремительно сползшего назад большого клубка тел морду машины задрало почти вертикально. Страшно и осипло заорали все.
Виктора, насмерть прижав к себе, выхватил проваливающийся назад из кабины борттехник. Говорят, что в такие мгновения вспоминается детство, дом, или еще что-то из прошлого… Шестеро оставшихся в живых вспоминали потом только вонючее дыхание смертельно раненого двигателя. Рожденный человеком «Стингер» выполнил свое предназначение, убив в спину, у калитки дома.
Вертушка грузно врезалась с высоты около тридцати метров в свое же минное поле, не дотянув до взлетной полосы несколько десятков шагов. Виктор выполз первым, так как лежал «удобнее» всех — на груде тел. Летный шлем расколот, соленая кровь струйками льется из носа, рта и ушей прямо за пазуху.
…А со всего гарнизона бегут люди. Он улыбается им, машет рукой. Потом подошел кран, и по его стреле подползли ребята. Говорят, что ему все орали: «Стоять, стоять, придурок, подорвешься!» Да, то минное поле саперы заминировали халатно. Виктор, бродя по нему час, так и не подорвался. Техники разрубали сплюснутый, как консервная банка, вертолет. Разлепляли пассажиров. Повсюду дикие крики и черная ругань… Гораздо чернее ночи, которая вся в горящих фарах. На эвакуацию с минного поля потратили час с лишком.
Прошли годы, а он до сих пор по ночам валится в клубке друзей в хвост горящего вертолета. Его жена задумчиво вспоминает, как чувствовала в том январе беду. От мужа больше месяца не было писем.

Кто лучше дрался?

К трем часам утра вся «Скоба», гремя кружками, сипло пытала округу в радиусе пяти километров зычными голосами: «Вот, новый поворот. И мотор ревет. Что он нам несет?!…» Новый поворот очередной зимней ночью принес на своем борту из Кабула два экипажа отпускников. При скудных военных радостях вернувшихся из-за ленточки мужиков, пропахших женами и ребятишками, в мятой-перемятой повседневной военной форме, с истоптанными неподъемными баулами в руках, ждали как ангелов, вычисляя с точностью до часа время их положенного прибытия.
У них, практически всех опоздавших — как же трудно было оторваться от спящего, разметавшегося на кровати малыша, — спрашивали с радостным предвкушением рассказов о доме одно и то же: «Че, опоздал?» «Да, таможня, знаешь…» — отнекивались отпускники. «Знаем мы твою таможню», — понимающе хихикали соседи по модулю, волоча сумки по песку. А потом была масса трепа, хлопанья по плечу…
— Генка, а что у тебя такой синяк под глазом? — наконец, после четвертого стакана, рассмотрел Генку-отпускника Виктор.
Все заерзали, готовясь услышать нечто пикантное. Но причина появления синяка, увы, оказалась прозаичной. И Генка обо всем честно рассказал.
В тот момент, когда «горбатый» после взлета из Кабула достиг отметки 8000 метров и угроза поражения «Стингером» мощной машины, на борту которой находилось около трехсот отпускников и за-менщиков, миновала, сорок отслуживших спецна-зовцев, пьяные и одуревшие от счастья, как по сговору, бросились молотить пехоту, начав для разминки с кавказцев и среднеазиатов.
Битва была неравная — один десантник против десяти пехотинцев. Спецназ давал выход накопившейся за два года злости. Они в бешенстве орали:
— Мы всю зеленку на брюхе исползали, пока вы, абрикосы, по полковым котлам шныряли…
Офицерам, попытавшимся усмирить новоиспеченных «заслуженных ветеранов» в этой происходящей по принципу «бей своих, чтобы чужие боялись» сваре, тут же без лишних церемоний расквасили носы и наставили синяков, которые они потом хранили несколько недель, как заслуженную награду.
Повальный мордобой, принявший угрожающий для безопасности полета характер, остановил командир лайнера, спокойно объявивший через усилитель:
— Если вы, придурки, по счету три не успокоитесь, то на четвертый — открываю люк…
Через пятнадцать секунд пришедшие в себя «придурки», продолжая еще шумно дышать и предъявлять друг дружке последние претензии, безпрекословно выполнили приказ. В Русской Армии командир — и в небе командир.
Утром после теплой встречи отпускников на БТРе, разметая сугробы, прихрустел Аркаша.
— Что не слезаешь? Случилось что? — Виктор в летной куртке и трусах ежился возле темного от горя пьяного друга.
Случилось давно, а произошло вчера. Вчера пришлось пристрелить Бачу — преданную Аркаше овчарку-трехлетку. Она воевала с ним рядом, нога об ногу полтора года. Это была умнейшая профессиональная собака-сапер. Такие защитники, нередко выполнявшие роль живого ходячего миноискателя, были изначально обречены на короткую боевую службу.
Запахи тротила и прочих компонентов, какими напичканы мины разных стран, разрушали собачий организм. От постоянного вынюхивания и поиска снарядов у псов с ужасающей быстротой разрушалось зрение, слух, обоняние и осязание.
Виктор знал о сердечной привязанности друга к овчарке. И недуг, начавшийся у собаки, перенесшей три ранения, две контузии, спасшей более десятка десантников, а однажды — и самого Аркашу, надеялись все-таки одолеть.
Надежда умерла последней месяц назад. И до вчерашнего дня слепой, глухой, без нюха, со слезящимися глазами постоянно скулящий пес спал на коврике у Аркашиной кровати.
Сегодня ночью Бачу пристрелили.
Без Аркаши, но с его согласия, поскольку он не мог больше ничем помочь своему четвероногому другу и не было сил смотреть на его страдания.
— Ладно, — тихо просил Виктор Аркашу, робко стягивая его с бронетранспортера, — пошли в хату, помянем Бачу по-человечески…

Чекист

Война шла своим чередом. Ранним утром «метеошник» с недельной небритостью наконец выполз из своей станции и заковылял к командиру эскадрильи давать «метеодобро» на полеты. База вновь ожила.
Пилот: — Нолъ-семнадцатому взлет?
Руководитель полетов: — Ноль-семнадцатому взлет разрешаю.
Пилот: —Понял. Взлет разрешен.
Правый летчик вел отсчет времени разгона:
— 70, 80, 90, 100, НО… Отрыв! Левым!
Ноль-семнадцатый борт взлетел по-самолетному с креном тридцать градусов левьм разворотом. А за ним еще три «вертушки» ушли на очередной утренний облет.
Порыскав безрезультатно полчаса в указанном афганцем-информатором квадрате, четверка унеслась на север для самостоятельной прочески кандагарки. Два автобуса, шедших на подозрительно большой скорости, были моральным вознаграждением за неделю нелетной погоды.
— Витек! Ветер, — попросил командир вертолета.
Из носового пулемета ударила очередь по дороге. Определив по взбитой пыли направление ветра, командир борта Коля вдруг ни с того ни с сего запросил у «двадцатьчетверки» залп «нурсами» (неуправляемыми реактивными снарядами) перед автобусами с требованием остановиться.
— А что, мы без высадки? — спросил Виктор.
— Холодно, Витек. Пусть «духи» вылезут, а мы посмотрим на них свысока. Не понравится — сядем.
Залповая гроздь ракетами не вразумила водителей, как это обычно случалось с мирным транспортом. Автобусы напротив еще торопливее запетляли по дороге. Ситуация приобретала совершенно немирный расклад. Колька раздражался.
— Толя! — приказал он. — Еще залп! Последний предупредительный.
— Понял, — ответил Толя, командир «двадцатьчетверки».
Вздыбленная следующим густым пуском перед носом первого автобуса земля, вновь не заставила машины подчиниться.
— Точно — «духи»! Толя, мы — в круг, а ты — отработай! — скомандовал Николай.
— Понял: отработать, — ответил Анатолий. Уступив место зашедшему с высоты около тридцати метров для стрельбы «нурсами» и пушками вертолету, остальные три борта наблюдали за ситуацией. Залп!.. И десяток ракет кучно сошли с направляющих «двадцатьчетверки». От прямого попадания первый автобус переломился пополам. Продолжающая самостоятельно двигаться его носовая часть обильно усыпала дорогу фигурками людей. Вторая часть, нехотя перевалившись, рухнула в кювет.
Пронесшись над разрубленным транспортом, Толик уступил позицию для атаки второму борту. Второй автобус постигла та же участь, что и первый. Высадившаяся группа досмотра замешкалась, не решаясь сразу приступить к растаскиванию огромной кучи орущих, катающихся в огне людей.
— Ну, что зарылись?! Растаскивай!!! — заорал Виктор.
— Вот это дел-а-а…
Взамен ушедшей на дозаправку первой четверке вертолетов пришла следующая. Пара «восьмерок» приземлилась пулеметами в сторону навороченного. «Двадцатьчетверки» носились по кругу. Десантники с черными от сажи лицами, в прожженной одежде и автоматами за спинами растаскивали кого куда попало.
Хуже всего было то, что в разбитом транспорте среди подозрительных пассажиров-мужчин оказалось немало женщин и детей. Их в первую очередь засыпали снегом, чтобы хоть как-то остудить обожженные места на теле. На подмогу вызвали пару восьмерок царандоя, афганской милиции. Они забрали самых обожженных в Кабул. Других доставили на «Чайку» к Игорьку.
В час ночи командиры бортов, развалившие автобусы, Виктор и командир десантной группы под присмотром чекистов писали объяснительные в Кабуле. Еще и еще раз прокручивалась запись радиообмена. Действия водителей этих двух злосчастных автобусов совершенно противоречили официальным приказам афганских властей немедленно прекращать движение гражданского транспорта по первому требованию советских или царандоевских военных. Нашим вертолетчикам был приказ уничтожать все подозрительные транспорты, так как разведсводки сообщали, что «духи» наметили широкую передислокацию своих банд. Исходя из этого, вина за происшедшее полностью ложилась на афганских водителей.
Но Толика, как сделавшего первый залп, упорно допрашивал вальяжно развалившийся на диване, в расстегнутой камуфляжке оперуполномоченный. Шел уже третий час ночи. Офицеры «Скобы», находясь хоть и порознь в разных комнатах, держались уверенно. Они понимали, что произошла страшная ошибка, повлекшая за собой гибель и ранения мирного населения, женщин, детей. Такие ошибки почти неизбежны в условиях «партизанской» войны, когда «духи» при первой же возможности прикрывались живым щитом из гражданских соотечественников, но со стороны пилотов вертолетов состава преступления не было.
Анатолий спокойно объяснил правомерность своих действий и попросил отпустить его на отдых. Опер не реагировал. Толя повторил просьбу. Гладкий майор, не самой удачной московской начинки, выдал то, что в его лубянковских мозгах, видимо, выглядело смертельным приговором:
— Вы, капитан, будете отправлены в Союз…
Капитан — кавалер ордена Ленина, ордена Красного Знамени, двух орденов Красной Звезды
рявкнул на это:
— Ты, что, опер, решил меня Родиной напугать?!
За ночь «скобари» от злости нахлесталась у друзей в «полтиннике». Одно дело беседа с чекистами, одно дело законы военного времени, и другое дело — собственной совести — смерть и страдания мирных жителей. Конечно, в такой ситуации единственным утолением душевной горечи была безудержная пьянка.
В совсем не теплой комнате голый по пояс и босиком Толик порывался найти своего чекиста, затащить его в вертолет и покатать над еще ночным Кабулом. Еле отговорили.
Мало-помалу все угомонились и, осоловев, забылись в нервных снах. От грохота открытой пинком двери все разом вскочили, как будто и не спали вовсе. Посреди комнаты стоял незнакомый подполковник и, теряя последние капли самообладания, держал на вытянутых руках висевшего, как кишка, вдрызг пьяного и сладко спавшего Толика.
— Ваш? Ваш?! Что молчите?! Чей тогда?!
— Наш, — первым очухался Виктор. — Наш, да опусти ты его. Чего разорался, как свинья перед дождем?!
Брошенный на пол неугомонный пилот сладко спал, свернувшись калачиком.
— Ну, вы даете, мужики! Особистам еще никто не выдавал такие штучки… — подполковник с гортанным звуком жадно пил воду из кружки. Все знали, что Толик был человеком слова и дела, но не ожидали, что однополчанин так жаждал исполнить свое обещание парню с Лубянки.
Дело оставалось за малым — найти его. Толя не знал, где живет московский гость, но, потратив час на расспросы местных из «полтинника», вышел точно на цель, стремительно трезвея по пути от холода. «Цель» спала в жарко натопленной комнате гостиницы на правом боку лицом к стене.
Яства, наваленные на столе, сбили с толку обязательного в своих намерениях «афганца». Особенно его удивило и пришлось по вкусу редкое в этих местах шампанское. Чекист проснулся от чавканья и запаха стойкого перегара. Разомлевший и сыто икающий Толик запивал колбасу шампанским. Туго набитым ртом летчик просипел:
— Пошли!
Чекист помотал головой, вновь открыл глаза и, убедившись, что не спит, молниеносно выхватил из-под подушки пистолет «Стечкина» и засадил очередь в потолок. При этом он проорал:
— Ложись!
Толик послушался и бухнулся прямо на него, не выпуская из рук кружку с недопитым шампанским и кусок недоеденной колбасы.
Через минуту их растаскивали сослуживцы опера, повылетав на выстрелы из соседних комнат. Так бездарно рухнул гениальный план воздушной прогулки над Кабулом.
Днем результаты расследования положили на стол высокому руководству.
Внимательно изучив представленные материалы и побеседовав с подследственными предварительного расследования, оно вынесло решение: «Действия группы досмотра признать правильными».

1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Похожие:

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconМихаил Лыкосов Виктор Юкечев Новосибирская пресса на пороге своего 100-летия
Из книги «История города. Новониколаевск – Новосибирск». Исторические очерки. Издательский Дом «Историческое наследие Сибири». Новосибирск,...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconРейтинг Форбс 2000 крупнейших компаний мира
В процессе подготовки заметки По следам великих компаний Джима Коллинза. Каковы их результаты сегодня, и что из этого следует… наткнулся...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconМокроусов виктор петрович
Мокроусов Виктор Петрович горный инженер-геолог, кандидат геолого-минералогических наук, доцент

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconЕсли вы хотели бы учиться в бизнес-школе или университет в Англии,...
Рейтинг: 11 место по специальности Бизнес по рейтингу Times Good University Guide 2009

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading icon— В сми много писали о том, что стать председателем Законодательного...
Виктор Дерябкин, председатель Законодательного собрания Ростовской области: «Мы должны перехватить инициативу у соседей» («Вестник...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconВиктор Дятлов: Россия становится страной мигрантов
Игу виктор Дятлов. Проблемы трудовых мигрантов будут рассмотрены на дискуссионной площадке «Задачи демографической политики в Сибири...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconРейтинг стран мира по развитию информационных технологий в 2010 – 2011 гг
Независимая международная организация Всемирный экономический форум (World Economic Forum) опубликовал рейтинг стран по развитию...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconГригорьева Елена Эдуардовна ст преподаватель Научный Николаев Михаил Васильевич проф., д э. н
Применимость форсайта к прогнозированию развития алмазно-бриллиантового комплекса

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconОбщество и экономика
И. Николаев, О. Точилкина, М. Титова, Е. Глумова. «Второе дыхание». Программа социально-экономического развития России на 2008-2010...

Виктор Николаев Рейтинг книги: Loading iconЗаконодательными функциями наделены только министерства
Николаев Ю. А., юрист, соискатель степени кандидата юридических наук Военного университета, pvs1997@mail ru






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную