Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья






Скачать 390.66 Kb.
НазваниеЧастная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья
страница1/2
Дата публикации08.07.2016
Размер390.66 Kb.
ТипАвтореферат
e.120-bal.ru > История > Автореферат
  1   2
На правах рукописи

Панга Елена Владимировна

ЧАСТНАЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В ГОДЫ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ (1921-1928):

НА МАТЕРИАЛАХ САРАТОВСКОГО ПОВОЛЖЬЯ
Специальность 07.00.02 – отечественная история
АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук
Саратов - 2008

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Саратовский государственный университет

имени Н. Г. Чернышевского»


Научный руководитель: доктор исторических наук,

профессор Морозова

Елена Николаевна
Официальные оппоненты: доктор исторических наук,

профессор Коновалов

Иван Николаевич

кандидат исторических наук,

доцент Гуменюк

Алексей Анатольевич

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Санкт-Петербургский

государственный политехнический

университет»


Защита состоится «24» сентября 2008 г. в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.03 при Саратовском государственном университете им. Н. Г. Чернышевского по адресу: 410012 г. Саратов, ул. Астраханская, 83, 11 корпус СГУ, ауд. 516.
С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Саратовского государственного университета им. Н. Г. Чернышевского. Читальный зал № 3, г. Саратов, ул. Университетская, 42.

Автореферат разослан «15» августа 2008г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук

Л. Н. Чернова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы. В настоящее время Россия находится в поиске эффективных моделей хозяйственного механизма, оптимальных форм макрорегулирования, что актуализирует и инициирует изучение исторического опыта в сфере развития рыночных отношений с целью возможных перспектив для будущего. В этой связи проблема исследования частнопредпринимательской деятельности в годы новой экономической политики представляется весьма актуальной.

Ретроспективный взгляд, основанный на анализе фактического материала, позволяет выявить роль государства в вопросах регулирования частного предпринимательства, по праву оценить все достоинства и недостатки существовавшей экономической практики 1920-х годов. Важно не только дать общую оценку и определить роль частного капитала в годы нэпа, но и показать специфику, характерную для отдельных регионов. Именно на региональном уровне можно показать имевшиеся, в силу тех или иных причин, особенности реализации государственных директив на местах; механизм действия и сферы приложения частного капитала; возможно выделить наиболее приоритетные направления деятельности предпринимателей. Несомненно, изучение отдельных аспектов новой экономической политики на местах вызывает интерес к локальной истории, которая восполняет общероссийскую картину периода нэпа.

Историография проблемы. Первые работы (Г. Геккер, В. Каплан, Г. Коган, Е.С. Попов, М. Рогальский, В.С. Серебряков), связанные с региональным аспектом, появились уже в 1920-е гг. и по своему характеру приближены к источникам, ибо в них отсутствует анализ основных направлений новой экономической политики в Саратовском Поволжье. В целом эти работы грешат описательностью и идеологическим клишированием1.

В 1930 – до начала 1950-х гг. региональных исследований, посвященных новой экономической политике не было, ибо в эти годы краеведение исчезает как направление исторической науки.

Изучение проблем нэпа на региональном уровне было продолжено в 1950 -е – 1980-е годы. Характерной чертой трудов этого периода являлось изучение ведущей роли коммунистической партии в восстановительный период (1921-1925). Авторы доказывали, что партийная политика способствовала, с одной стороны, укреплению социалистических форм производства, с другой – вытеснению частнокапиталистических элементов, как чуждых в социалистическом государстве2.

Во второй половине 1980-х – начале 1990-х гг. появляются работы разнопланового характера. В одних – продолжает сохраняться тенденция, где главная роль в решении хозяйственных проблем относится к числу заслуг государственных, партийных, комсомольских и партийных организаций3. В других – происходит непосредственное обращение к вопросам частного капитала, перспектив его развития в условиях государственного регулирования, поощрения социалистических методов хозяйствования4.

С 1990-х гг. вопросы частного капитала становятся объектом изучения местных исследователей. Ряд историков-регионалов (С.В. Виноградов, С.А. Уразова, Н.А. Шарошкин, С.Б. Царькова, Т.В. Юдина, О.В. Ягов), приходят к заключению, что частный капитал, в силу проводимой государственной политики, наибольшее распространение получил в мелкой промышленности5. За пределами указанных работ остались такие важные моменты, как развитие частной торговли, частной цензовой промышленности, финансово-кредитной сферы.

В начале XXI в. появились новые немногочисленные региональные труды, посвященные поволжскому региону. Среди них следует выделить работу А.А. Гуменюка и Д.К. Батрашева6. Авторы в своих сочинениях по-разному подходят к проблеме частного капитала. А.А. Гуменюк рассматривает вопрос о частном капитале в общем контексте социально-экономических и политических процессов, протекавших в Саратовской губернии в первые годы нэпа, справедливо подчеркивая, что частники сыграли немаловажную роль в возрождении экономики региона. Однако хронологические указанной рамки работы (1921-1923) не позволили автору проследить эволюцию предпринимательской деятельности: от начала возрождения рыночных отношений до перехода к плановому хозяйству.

Астраханский историк Д.К. Батрашев в своей диссертации, обращаясь к теме предпринимательской деятельности в годы нэпа на примере Нижнего Поволжья, включил в ареал исследования Саратовскую, Волгоградскую и Астраханскую губернии. Отмеченное исследование содержит значительный фактический материал, что, несомненно, является достоинством работы. Но Д.К. Батрашев активно использовал работы других историков, (в частности, С.В. Виноградова), зачастую забывая ссылаться на их авторов7. В целом работа астраханского историка посвящена проблемам частной рыбной промышленности в Астрахани. Вызывает сомнение и главный вывод автора, что «деятельность частного капитала не могла принести большой общественной пользы и способствовала только обогащению самих нэпманов»8.

В указанных краеведческих работах за рамками исследования осталась автономная территория немцев Поволжья. Этой проблеме посвящена фундаментальная двухтомная монография А.А. Германа «Немецкая автономия на Волге», которая представляет собой наиболее крупное и всеобъемлющее изыскание по истории АССР НП9. В ней рассматривается широкий спектр проблем экономической, социальной, политической жизни немецкой автономии. Вопросы частного накопления и рынка включены, среди прочих, в общую канву событий.

Значительный интерес для настоящего исследования представляет большой массив публикаций по истории советского государства, историко-юридическая литература, где присутствует различного рода информация, которая касается направлений предпринимательской деятельности в годы нэпа. Анализ общей историографии по этим проблемам позволяет разделить ее на четыре этапа: 1) 1920-е гг.; 2) 1950-е – середина 1980-х гг.; 3) середина 1980-х – начало 1990-х гг.; 4) начало 1990-х – по настоящее время.

На первом этапе основную массу составляли публикации, написанные экономистами и работниками государственного и партийного аппарата. Работы А. Гинзбурга, М. Жирмунского, Ц. Крона, И. Мингулина, С. Струмилина и др. содержат богатый статистический материал10, который весьма востребован современным поколением историков. Важность других трудов заключается в том, что они позволяют выделить разногласия в среде партийно-государственных деятелей и экономистов по сущности форм и методов проведения новой экономической политики.

Умеренных взглядов в отношении новой экономической политики придерживались Н.И. Бухарин, С.М. Киров, М.И. Калинин, А.И. Рыков, Е.М. Ярославский11. Использование частного капитала рассматривалась ими с ленинской позиции закономерности развития многоукладной экономики в условиях перехода от капитализма к социализму. Эту концепцию отстаивали в своих трудах такие партийные историки, как С.И. Гусев, И.И. Скворцов-Степанов и другие 12. Допускали возможность сосуществования на данном этапе различных секторов в экономике советской страны и хозяйственные руководители, экономисты В.А. Базаров, Н.Д. Кондратьев, В.Г. Громан, Г.Я. Сокольников, В.И. Межлаук и др.13 Новая экономическая политика с восторгом была встречена в среде русских эмигрантов-экономистов – Б. Бруцкуса, П. Струве, А. Югова, Л. Пумпянского14. Признавая в Советской России возникновение института рыночных отношений, авторы при этом ставили вопрос о пределах нэпа, который, по их мнению, исчерпал себя уже к середине 1920-х годов. Причину этого они видели в политической надстройке – диктатуре большевиков.

Совершенно иных убеждений придерживались Ю. Ларин, Л. Крицман. Новые веяния 1920 –х гг. они рассматривали как временное отступление, как своего рода необходимый компромисс15. Например, И.С. Кондурушкин, занимавшийся вопросами социалистической законности, утверждал, что нэпманы являются «паразитами», живущими за счет ограбления государства16.

Несмотря на разницу во взглядах на нэп, все они считали неизбежной гибель частнокапиталистических элементов, несовместимых с характером политического режима.

В связи с отрицательным отношением Сталина к нэпу, с 1930-х и до середины 1950-х гг. практически все исследования, связанные с функционированием частного капитала в период нэпа, были прекращены и стали запретными историческими сюжетами. Исключение составили две работы 1940-х гг.: коллективный труд под редакцией А.А. Арутиняна, Б.Л. Маркуса17 и монография Г. Глезермана18. Обе работы написаны в жестких рамках сталинской идеологии. Авторы ставили перед собой задачу показать хищнический характер эксплуатации рабочих на частных предприятиях, и, как следствие, пагубность всей торгово-промышленной предпринимательской деятельности в годы нэпа.

Второй этап историографических исследований (середина 1950-х – середина 1980-х) отмечен выходом в свет обобщающих трудов по истории СССР и его народного хозяйства, в которых раскрывалась сущность нэпа19. В монографии Э.Б. Генкиной впервые была предпринята попытка уйти от упрощенной интерпретации проблем нэпа20. Значительный интерес представляют публикации Л.Ф. Морозова, В.А. Архипова, И.Я. Трифонова, В.П. Дмитренко, В.Б. Жиромской21. И хотя в отмеченных работах торгово-предпринимательская деятельность предстает неотъемлемым элементом экономической политики 1920-х гг., но все же историки не могли полностью отказаться от догм предшествующего периода. В частности, это касалось общих оценок новой экономической политики, которые не выходили за рамки официально признанных взглядов и гласили, что в условиях плановой экономики рыночные отношения существовать не могут.

Как отдельный этап изучения проблемы можно выделить вторую половину 1980-х – начало 1990 -х гг., вошедшие в историографию как время горбачевской перестройки. По мнению авторов эпохи перестройки, нэп являлся политикой, используя опыт которой можно решить основную массу проблем, связанных с кризисной ситуацией в СССР в конце 1980-х гг., и перейти к регулируемой рыночной экономике. В частности, таких позиций придерживались историки – «ревизионисты»22. Г. Бордюгов, В. Козлов, О. Волобуев, С. Кулешов, Н. Симония, В. Селюнин не скрывали своего восхищения нэпом и видели в нем панацею от всех бед, которая должна была вывести страну из тяжелого экономического состояния23. Но как показывает исторический опыт, нельзя экстраполировать формы и методы хозяйствования прошлого на другие социально-экономические условия, совершенно другую историческую эпоху.

В работах этого историографического этапа в центре внимания продолжают оставаться вопросы, связанные с трактовкой ленинской концепции нэпа, сельскохозяйственной кооперации24; получает освещение концессионная политика советского государства25; проявляется интерес к проблемам товарно-денежных отношений и торгово-предпринимательской деятельности как таковой26. Многие темы, затронутые историками в этот период времени, получили развитие в последующих работах.

С провалом горбачевских реформ и началом преобразований в постсоветской России появляются новые труды. Их можно отнести к четвертому этапу историографии новой экономической политики. Большинство авторов приходит к выводу, что, допуская торгово-промышленную инициативу, советская власть всемерно ограничивала ее27.

В конце 1990-х гг. выходят в свет публикации, основанные на новых подходах. В трудах Л.Н. Лютова, А.А. Галагана тема предпринимательства выступает одной из главных28. Появляется интерес к микроистории, к истории повседневности. В рамках этого направления исторической науки облик «новой буржуазии» получает совершенно иную интерпретацию. Клишированный, негативный образ нэпмана уходит в прошлое29. Среди таких работ можно выделить коллективную монографию под редакцией доктора исторических наук Р.А. Хазиева30. Этот труд, подготовленный группой российских и зарубежных ученых (М. Конрой, А.П. Килин, П.В. Носова, И.Б. Орлов, Л.И. Бородкин, М.А. Свищев, Л.Н. Лютов, Е.В. Демчик, Л.П. Черникова, Ч. Кларк), был объединен одной научной идеей – дать цельное представление о малоизученных аспектах жизнедеятельности коммерсантов 1920-х гг.: их целевых установках, взаимосвязи и взаимоотношениях советского государства с «нэпмановским бизнес-обществом» и т.д.

Отечественную историографию можно дополнить зарубежными исследованиями, где затрагивались проблемы новой экономической политики (Дж. Боффа, Э. Карр, С. Коэн)31. Вопросы частного капитала занимают в этих работах незначительное место. Особое внимание авторы уделяли реорганизации государственной промышленности. Э. Карр считает, что экономическая система нэпа была нестабильна по самой своей природе и исходила из латентной несовместимости принципов нэпа и плановой экономики.

В 1990 г. в свет вышла коллективная монография «От царизма к новой экономической политике. Преемственность и изменения в экономики СССР»32, подготовленная исследователями из Великобритании, США, ФРГ, Австралии. Главное внимание авторы сосредоточили на проблеме преемственности и прерывности в экономической эволюции России. Они предприняли попытку сравнительно-исторического анализа экономического развития дореволюционной России и советского государства в первое десятилетие его существования.

В целом историографический обзор позволяет сделать вывод, что исследователями была проделана большая работа по изучению новой экономической политики. Вместе с тем, работ, посвященных частной предпринимательской деятельности в сфере промышленности, торговли, в кредитно-финансовой области в Саратовском Поволжье в годы новой экономической политики, практически нет.

Актуальность темы и степень ее научной разработки определили цель и задачи диссертационного исследования.

Целью диссертационной работы является изучение эволюции предпринимательства в годы новой экономической политики (1921-1928) на примере Саратовского Поволжья. В соответствии с поставленной целью были определены следующие задачи исследования:

– определить основные направления и эволюцию партийно-государственной политики в сфере частнопредпринимательской деятельности;

– выявить особенности реализации законодательных актов на местах;

– показать приоритетные формы организации частного капитала как для всего Саратовского Поволжья в целом, так для Саратовской губернии и Немреспублики в частности;

– сравнить результаты работы частновладельческих, кооперативных и государственных заведений, равнозначных по размеру и характеру хозяйственной деятельности;

– проанализировать условия труда рабочих частных заведений в сравнении с рабочими государственных предприятий, действовавших в годы нэпа;

– раскрыть сущность созданных коммерческих структур в сфере частного кредита на территории Саратовского Поволжья – ОВК (общество взаимного кредита) и Немецко – Волжского банка;

– показать всю уникальность создания Немецко-Волжского банка как финансово-кредитной организации коммерческого толка, способствовавшей притоку иностранного капитала в экономику региона.

Объектом диссертационного исследования является предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики на территории Саратовского Поволжья, осуществляемая в условиях товарно-денежных отношений, многоукладной экономики.

Предметом научного исследования стали: партийно-государственная политика в отношении частного предпринимательства (анализ законодательной теории и практики); условия и особенности функционирования частного капитала в Саратовском Поволжье.

Хронологические рамки исследовательской работы охватывают период с 1921 по 1928 год. В качестве отправной точки исследования 1921 г. был избран потому, что, во-первых, именно весной этого года в результате решений Х съезда партии начинается активная выработка принципов и механизма использования частного капитала в экономике; во-вторых, в этот период в Поволжье начинает активизироваться предпринимательская деятельность. В качестве конечной границы исследования выбран 1928 год – время перехода к плановой экономике.

Территориальные рамки работы ограничены Саратовским Поволжьем, куда входили две территориальные единицы: Саратовская губерния в границах 1920-х гг. и Область немцев Поволжья, переименованная 6 января 1924 г. в Автономную Советскую Социалистическую Республику немцев Поволжья (АССР НП)33. Такая география исследования обусловлена близостью территорий, сходством природно-географических условий, что отразилось на общности социально-экономических процессов34.

Методология исследования базируется на основных методологических принципах исторического исследования – историзма и объективности. В работе применялись различные методы исследования, которые можно разделить на следующие группы: общенаучные методы исследования – сравнение, анализ и синтез, индукция и дедукция, аналогия, классификация и др.; специальные исторические методы исследования – фронтальное обследование архивных фондов и других источников, историческое описание, сравнительно-исторический, ретроспективный, проблемно-хронологический. Немаловажное значение имел статистический метод, который помог выявить изменения и эволюцию предпринимательской деятельности в годы нэпа. Кроме указанных методов, широко применялись и междисциплинарные подходы, что в совокупности обеспечило решение задач, обозначенных в диссертации.

Научная новизна исследования заключается в том, что в диссертации впервые осуществлено всестороннее исследование частной предпринимательской деятельности в Саратовском Поволжье. Изучены сферы приложения частного капитала. Определены причины эволюции и показаны место и роль частного капитала в экономике отмеченного региона в период нэпа. Выявлены как идентичность, так и специфика процессов, происходивших в Саратовской губернии и Немреспублике на фоне общероссийских процессов.

В ходе работы в научный оборот был введен значительный объем не использованных ранее архивных документов, привлечены материалы центральной и местной печати, что позволило всесторонне подойти к изучению проблем функционирования частного капитала в Саратовском Поволжье в годы нэпа.

Диссертационная работа восполняет существенный пробел в знаниях по истории частного капитала 1920-х гг., что является важным шагом по пути концептуального осмысления не только новой экономической политики, но и всего советского периода отечественной истории.

Источниковая база диссертационного исследования основана на опубликованных материалах и материалах центральных и местных архивохранилищ. Весь круг источников можно разделить на несколько групп:

1. Нормативно-правовые акты, исходящие из высших партийно-государственных органов.

Анализируя законы, постановления и резолюции, можно выявить эволюцию и этапы отношения властных структур к нэпу, в том числе и торгово-предпринимательской деятельности. Регулируя последнюю, советское законотворчество отличалось противоречивостью, утилитарностью и соответствовало идеологической доктрине большевизма. Поэтому предпринимались неоднократные попытки ограничить частника в его деятельности. Но реальная действительность заставляла издавать новые законы, противоречившие принятым ранее решениям. Примером может служить декрет ВЦИК от 10 декабря 1921 г., который допускал применение наемной силы на частном предприятии свыше 20 человек35, но при этом не отменялось ранее принятое постановление ВЦИК от 7 июля 1921 г., которое запрещало иметь более 20 рабочих.

Обобщенные материалы и сведения по всем частным предприятиям, действовавшим на территории СССР, хранятся в Государственном архиве Российской Федерации (далее – ГАРФ): Ф. Р-374 – Центральная контрольная комиссия ВКП (б) – Народный комиссариат рабоче-крестьянской инспекции СССР (ЦКК ВКП (б) – НК РКИ СССР); Ф. Р-3316 – Центральный исполнительный комитет СССР (ВЦИК СССР); Ф. Р-1235 – Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (ВЦИК).

В целом источники этой группы демонстрируют позицию партии и государства по отношению к частному капиталу в годы новой экономической политики.

2. Следующую группу источников составляет делопроизводственная документация, которую можно разделить на две подгруппы.

К первой подгруппе относятся постановления, решения, резолюции местных советских и партийных органов, которые уточняли, а иногда и корректировали узаконения, спускаемые «сверху» соответствии с ситуацией, сложившейся в Саратовском Поволжье. В законодательном акте (Декрет от 7 июля 1921 г.) указывался перечень лиц, имевших право арендовать те или иные предприятия36, но местные власти внесли существенное уточнение о потенциальных арендаторах37. Подобного рода материал можно извлечь как в опубликованных (отчеты Саратовского губкома РКП (б)), так и в неопубликованных документах, хранящихся в Государственном архиве Саратовской области (далее – ГАСО): Ф. 466 – Нижневолжская областная плановая комиссия при исполнительном комитете Саратовской губернии; Ф. 521 – Исполнительный комитет Саратовского губернского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов; в Государственном архиве новейшей истории Саратовской области (далее – ГАНИСО): Ф. 1 – Обком ВКП (б) АССР немцев Поволжья; Ф. 27 – Саратовский губернский комитет ВКП (б); в Государственном историческом архиве немцев Поволжья (далее – ГИАНП): Ф. 730 – Исполнительный комитет Области немцев Поволжья; Ф. 849 – Центральный исполнительный комитет АССР НП.

Вторую подгруппу составляют отчеты фининспекторов, содержащихся в ГАСО: Ф. Р-341 – Финансовый отдел исполнительного комитета Саратовского губернского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. Большой материал о частных предприятиях, их количестве и оборотах содержится в Ф. Р-338 – Саратовское губернское отделение Народного Комиссариата рабоче-крестьянской инспекции СССР.

К этой же подгруппе относятся отчеты местных экономических совещаний (далее – ЭКОСО)38. Сведения, полученные в результате обобщения местных отчетов ЭКОСО, находятся в сборнике «На новых путях», выпущенный к Х съезду Советов39.

3. К третьему виду источников относятся статистические исследования общероссийского и местного характера, опубликованные в соответствующих сборниках, справочниках, бюллетенях40. Статистика позволяет выделить отличия в развитии частного сектора в различных районах Саратовского Поволжья.

4. Четвертую группу источников составляют материалы центральной («Известия», «Правда», «Экономическая жизнь») и местной печати: («Голос труда», «Саратовские известия» «Нижнее Поволжье»). Наиболее интересными представляются статьи, посвященные повседневной жизни новой социальной прослойки – нэпманам, положению рабочих на частных предприятиях. Важным для исследования является саратовский иллюстрированный юмористический журнал «Клещи», где можно найти публикации, карикатуры, стихотворения, характеризующие различные стороны функционирования частного капитала в период нэпа.

5. Важную группу источников представляют источники личного происхождения: мемуары, дневники, эпистолярное наследие. Наибольший интерес представляют произведения Н. Валентинова (Вольского), Г. Уэллса, А. Хаммера, А. Рапопорта41. Исключительный интерес представляет дневник В.Н. Ситникова, где запечатлены различные стороны жизни Саратова в период нэпа: от социально-экономического положения до освещения культурных событий города42.

6. Особый вид исторического источника являет собой художественная литература. В произведениях М. Зощенко, И. Ильфа и Е. Петрова, В. Маяковского, А.Н. Толстого, М.А. Булгакова рассматривается политика нэпа с точки зрения истории повседневности и, чаще всего, в сатирическом ключе.

Практическая значимость работы заключается в том, что собранный в диссертационном исследовании материал и сделанные в работе выводы могут быть использованы, как в научных исследованиях (при написании работ общероссийского и регионального характера), так и в учебном процессе (при подготовке общих и специальных курсов по отечественной истории и регионоведению).

Апробация. Отдельные положения и некоторые выводы исследования нашли отражение в выступлениях автора на международных, всероссийских и региональных конференциях в Москве, Самаре, Саратове. По теме диссертации опубликовано 6 статей в различных сборниках научных трудов. Диссертация обсуждалась и была одобрена на заседании кафедры отечественной истории в новейшее время Саратовского государственного университета.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы, хронологические и территориальные рамки исследования, анализируется степень научной разработки проблемы, определяется цель и задачи исследования, характеризуется методология исследования и источниковая база работы, устанавливается ее практическая значимость.

В главе первой «Частное предпринимательство как объект государственной политики в годы нэпа» рассматриваются причины возрождения частного предпринимательства; показаны процессы выработки государством основных принципов и конкретные механизмы, которые влияли на работу частного сектора, показана «зигзагообразность» государственной политики в отношении частников на протяжении всего периода нэпа.

В параграфе 1.1. «Накануне нэпа: кризис начала 1920-х гг. и дискуссии вокруг новой экономической политики» показана сложность социально-экономической и политической обстановки в центре и на местах накануне нэпа; разногласия в среде советского руководства по поводу мероприятий, способных стабилизировать ситуацию в стране.

Глубина экономического и политического кризиса была такова, что к весне 1920 г. стало ясно: недовольство низов, их вооруженное давление может привести к свержению власти Советов. Большевиками признавалась сложность обстановки, которая требовала принятия срочных и решительных мер по стабилизации ситуации. Но вместе с тем среди советского руководства не существовало единого мнения по поводу новой экономической стратегии, которая была принята на Х съезде партии РКП (б) в марте 1921 года. Новая экономическая политика не всегда находила поддержку и на местах, где немаловажную роль играл чисто психологический фактор, когда приходилось вновь допускать развитие капиталистического сектора, те отношения, с которыми казалось, было покончено раз и навсегда.

В параграфе 1.2. «Нормативно-правовая база: особенности ее реализации в центре и на местах» проведен анализ и показаны особенности декларируемых разрешительных мер частного предпринимательства в сфере торговли и промышленности.

Нормативно-правовая база придала идеям нэпа законный характер. Целый комплекс постановлений 1921 – 1922 гг. предоставлял возможность частичной денационализации, развития предпринимательства в торговле, мелкой и кустарной промышленности, а также аренды и концессий. Существующие противоречия и особенности советского законодательства эволюционировали в сторону ужесточения и вытеснения частного капитала. В 1923-1924 гг. были внесены изменения в налоговое законодательство в сторону повышения обложения, с 1924 г. была приостановлена сдача предприятий в аренду. Но сложившаяся ситуация заставила советскую власть уже в 1925 г. пересмотреть свое отношение к частникам. Политика умиротворения существовала недолго. С 1926 г. административные методы борьбы с частником уступают место экономическим.

В параграфе 1.3. «Финансово-кредитные мероприятия властных структур в период новой экономической политики» рассматриваются экономические мероприятия, регулирующие частнохозяйственную деятельность.

Вопросы налогообложения и кредитования являлись неотъемлемой частью государственной политики большевиков в период нэпа. Особенно большое внимание советское правительство уделяло налоговой и кредитной политике.

Анализ системы налогообложения показывает, что она складывалась постепенно. С 1921 г. по 1923 г. были введены промысловый налог – уплата стоимости патента на право открытия предприятия, уравнительный сбор, подоходно-имущественный налог в двух формах: основной (классовый) и дополнительный (прогрессивный). Помимо этого, появилось огромное количество местных налогов, которые заведомо были рассчитаны на частных предпринимателей. Обложение доходов частников, с одной стороны, способствовало ограничению их накоплений, с другой – поступавшие деньги от сборов существенным образом пополняли государственный бюджет страны.

Усиление налогового давления на частника в 1924/25 гг. продолжилось в 1926 г., когда был объявлен «временный сверхналог на нэпманов». С 1927 г. он стал уже не временным, а постоянным.

Классовый подход осуществлялся не только в налоговом, но и в кредитном вопросе. При учетном проценте для госучреждений и кооперации в 2-5 %, для частной клиентуры он был в несколько раз выше, составляя 10-12 %. Ножницы цен и кризис сбыта усилил классовый характер банковских кредитных операций. Осенью 1923 г. были даны жесткие директивы о необходимости прекращения кредитования частных лиц и учреждений.

С 1924 г. нэпманы вообще были вытеснены из государственного кредитования. Это повлекло за собой сокращение торговой сети, вызвало острую нехватку на рынке промышленных товаров. Новый «зигзаг» государственной политики произошел в 1925 г., когда частникам вновь стали предоставлять ссуды на приемлемых условиях. Но политика, нацеленная на вытеснение частного капитала, была продолжена в 1926 году, когда в 2 раза была урезана сумма выдаваемых ссуд.

Таким образом, 1921-1923 гг. – это время относительно мирного сосуществования различных укладов в экономике страны. С конца 1923 г. до 1925 г., начинает усиливаться контроль государства за частниками и их накоплениями. Ряд постановлений советской власти, принятых в 1925 г., позволяют говорить о некоторой «оттепели» в государственной политике. Но с 1926 г. со всяким «заигрыванием» с коммерсантами было покончено. С переходом к плановой экономике, по словам И.С. Сталина, нэп «можно было отбросить к черту».

В главе второй «Частное предпринимательство в сфере промышленности и торговли в годы нэпа» проанализирована реализация новой экономической политики на местах.

В параграфе 2.1. «Эволюция частного сектора производства» представлены формы и методы работы частных производителей, выявлены их роль и значение в экономике региона на различных этапах нэпа.

Наиболее распространенной формой собственности в годы нэпа, как по стране, так и в Саратовском Поволжье являлась аренда промышленных предприятий. Местные предприниматели стали арендаторами большинства производственных объектов. В основном частники были заняты в мелкой промышленности, ибо ими производилась основная масса товаров, востребованных населением Поволжья. Местная власть вынуждена была привлечь частников и в цензовую (крупную) промышленность. В немецкой автономии доля частного капитала в цензовом производстве была несколько выше показателей Саратовской губернии. Помимо этого существовали и другие отличия. Если Саратовская губерния лидировала по количеству частных кожевенных заводов, то Немреспублика по – числу частных мельниц. Более того, практически каждый уезд имел свою исторически сложившуюся специализацию, что было взято на вооружение частниками. Так в сельской местности сосредоточилось большинство заведений, связанных с переработкой сельскохозяйственной продукции, в городе же наиболее популярными среди предпринимателей стала сфера общественного питания, бытовое обслуживание.

В 1921 – 1923 гг. можно отметить тенденцию роста, как небольших частных заведений, так и цензовых предприятий. Число арендованных предприятий за указанное время в Саратовской губернии увеличилось на 71,5%, что намного превышало показатели в целом по стране. Объем валовой продукции только в Области немцев Поволжья возрос более, чем в 2 раза.

Экономический кризис в совокупности с ограничительной политикой государства в 1923/24 г. привел к сокращению одних и прекращения работы других частновладельческих заведений. Особенно это коснулось частной цензовой промышленности, когда их количество уменьшилось по Саратовской губернии с 92 до 5. Небольшие же предприятия продолжали сохранять свои позиции вплоть до 1927 года. В целом доля всей частной продукции в 1927-1928 гг. определялась лишь в 16%, что является ярким доказательством того, насколько жестко проводились мероприятия по вытеснению частника из сферы производства.

Иная ситуация сложилась в сфере бытовых услуг, которые вплоть до 1928 г. почти полностью находилось в руках частника.

В параграфе 2.2. «Частная торговля в годы нэпа: от возрождения к ликвидации» исследуется одна из самых приоритетных сфер приложения частного капитала.

С самого начала нэпа в Саратовском Поволжье стали возрождаться товарные биржи, базары, торжки и ярмарки, где частник, в основном, насыщал потребительский рынок товарами. Так из 4097 торговых предприятий, участвовавших в ярмарках, частных насчитывалось 3527, а к апрелю 1923 г. их число составляло 4685 единицы или 88,9%.

В основном частные предприниматели доминировали в розничной торговле. Частная розница удовлетворяла спрос населения на продовольственные товары, мануфактуру и галантерею, стройматериалы, что нельзя было сказать о кооперативах, где ассортимент товаров оставлял желать лучшего. Вследствие этого частные торговцы завышали цены на свои товары, не боясь конкуренции.

В 1924 г. в результате политики властных структур произошло резкое снижение как числа торговых предприятий, так и их оборотов. Однако в 1925 г., в связи с изменением государственной политики в отношении предпринимательства, а также с проведением в 1922 – 1924 гг. денежной реформы происходит новый рост частных торговых предприятий. Частная торговля эволюционировала по восходящей линии, переходя из розничной в оптово-розничную. В дальнейшем такая тенденция была пресечена спускаемыми распоряжениями сверху и действиями местных органов.

К 1926/27 хозяйственному году саратовские нэпманы продолжали оставаться основными держателями небольших торговых заведений. Но в Немреспублике ситуация отличалась: основная масса товаров реализовывалась не частниками, а через потребкооперацию. В указанном году все чаще директивы саратовской губернской партконференции и областного комитета ВКП (б) АССР НП требуют от местного руководства дальнейшего расширения социалистического сектора в товарообороте, главным образом, путем усиления роли кооперативной системы; максимального вытеснения частного капитала из рынка хлебозаготовок, сельскохозяйственного сырья и промтоваров.

Но несмотря на предпринимаемые меры, в 1928 г. частная торговля не была полностью вытеснена, на нее приходилось до 27,4% всего розничного оборота. Эта цифра была несколько выше общероссийских показателей.

В параграфе 2.3. «Организация труда и быта рабочих на частных предприятиях Саратовского Поволжья» проводится анализ материалов периодической печати и архивных документов, который показывает палитру представлений о взаимоотношениях частных предпринимателей и наемных рабочих. По закону условия труда на всех предприятиях, включая и частные, регулировались трудовым договором. Однако предприниматели всячески старались избежать заключения подобного договора с рабочими. Но, одновременно, нэпманы старались создать на своих предприятиях своеобразные патриархальные отношения с рабочими, зачастую работая с ними на производстве. Заработок рабочего на большинстве частных предприятий превышал на 25% заработную плату рабочих государственных и кооперативных предприятий. Предоставлялся двухнедельный отпуск всем рабочим и служащим, проработавшим всего 5,5 месяцев. Подобного отпуска на государственных предприятиях не предусматривалось. Частники, предоставляя рабочие места, способствовали уменьшению безработицы, что существенным образом снижало социальную напряженность в Саратовском Поволжье.

В главе третьей «Коммерческие финансовые учреждения Саратовского Поволжья в годы нэпа» эта проблема рассматривается в общем русле новой экономической политики, где показаны существенные особенности, характерные для Саратовской губернии и Немреспублики.

В параграфе 3.1. «деятельность Саратовского ОВК» основное внимание сосредоточено на работе Саратовского общества взаимного кредита, созданного в 1922 году.

Многоукладность, свойственная нэпу, охватила и финансово-банковскую сферу. Непосредственно в Саратовской губернии частные предприниматели получили возможность организовать общество взаимного кредита. ОВК стала организацией обслуживающей, прежде всего, нужды мелких предпринимателей, основных товаропроизводителей губернии. Появление частного общества (1922) по времени совпало с началом проведения денежной реформы в стране, что не могло сказаться на дальнейшей успешной работе ОВК, которое вплоть до 1924 г. имело тенденцию к росту. Но уже с 1925 г. в работу саратовского ОВК все чаще вмешивается Госбанк и Наркомат финансов. В результате это частное общество постепенно теряло свое первоначальное предназначение – обслуживать интересы частной мелкой (розничной) торговли. С 1929 г. и вовсе вынуждено было прекратить все операции связанные с частниками. ОВК постепенно перерождались в своего рода кассы взаимопомощи. Изменился состав лиц, имевших право на получение субсидий.

В параграфе 3.2. «Работа коммерческого Немецко-Волжского банка» показана вся уникальность созданного коммерческого учреждения на территории немецкой автономии, специфика положения которой определило учреждение здесь в 1922 г. Немецко-Волжского банка (НВБ). Основными направлениями его деятельности стали кредитование и привлечение иностранных инвестиций. С принятием нового Устава в 1926 г. деятельность Немволбанка расширилась, включив инвестирование целого ряда отраслей хозяйства немецкой автономии.

При получении кредитов частники были поставлены в неравное положение. Но, тем не менее, НВБ оказывал такого рода услуги частным предпринимателям, несмотря на давление сверху. С 1929 г. Немволбанк, как и ОВК, вообще перестает оказывать какие либо услуги нэпманам.

Важная особенность созданного банка была связана, прежде всего, с его заграничной деятельностью. Начало работы НВБ по привлечению заграничных капиталов было положено в 1923 году. Но успеха удалось достигнуть только в 1925 году. С созданием собственных представительств в Германии и США, Немволбанк становился независимой коммерческой организацией, чуть ли не единственной (такой прерогативой в СССР обладали всего три коммерческих банка), нарушившей монополию внешней торговли. Это и послужило ужесточению контроля со стороны советского правительства. Ряд ревизий вышестоящих инстанций в 1927 г. пришли к заключению о вреде заграничной деятельности НВБ, которая постепенно была свернута к 1928 году. Вследствие этого, немецкая автономия лишилась возможности использовать иностранный капитал для возрождения свой экономики.

В заключении подведены итоги и сформулированы обобщающие выводы.

1920-е гг. вошли в историю советского государства как период новой экономической политики, основным содержанием которой стало восстановление хозяйства страны на основе товарно-денежных отношений, и главными субъектами этих отношений стали частные предприниматели.

Обращение к частному капиталу было вызвано ситуацией глубочайшего экономического, социального и политического кризиса страны накануне нэпа. В сфере частного предпринимательства советская власть проводила двойственную политику, что отчетливо демонстрируют нормативно-правовые документы рассматриваемого периода. С одной стороны, большевики понимали необходимость привлечения частного капитала в сферы промышленности, торговли, кредитно-финансовую область в целях возрождения народного хозяйства страны. С другой стороны, они стремились действовать в рамках идеологических установок, отрицавших существование товарно-денежных отношений в социалистическом обществе. Именно поэтому издававшиеся законы отличались отсутствием четких формулировок, имели существенные внутренние противоречия. Это давало возможность различного толкования узаконений, как в центре, так и на местах. Законодательство имело некий «зигзагообразный» характер, где периоды «оттепели» сменялись периодами ограничительной политики. Административное воздействие сочеталось с жесткими экономическими мерами, доведенными к 1928 г. до своей кульминации.

Безусловно, общегосударственная политика обусловила идентичность многих явлений в частном предпринимательстве в общероссийском масштабе. Но при общих процессах практически каждый регион, губерния, а порой, и уезд имели специфику развития рыночных отношений. В рамках Саратовского Поволжья рассматриваются две самостоятельно существовавшие территориальные единицы, где, при сходных чертах развития, были выявлены и некоторые существенные отличия. Вопреки устоявшейся точке зрения о том, что реализация новой экономической политики в Саратовском Поволжье началось несколько позже, чем в других регионах страны, факты свидетельствуют о другом: многие процессы и явления здесь обозначились с самого начала введения нэпа – в 1921-1922 годах.

Быстрый рост частной промышленности происходил на начальной стадии новой экономической политики: к 1924 г. насчитывалось около 4 тыс. частных промышленных предприятий: из них 92 относились к так называемым цензовым (крупным), остальные являлись средними и мелкими заведениями. Наибольшее количество цензовых предприятий находилось на территории Немреспублики, превышая общие показатели в целом по стране. В частной промышленности Саратовского Поволжья преобладала краткосрочная аренда. Правительственная политика была направлена, прежде всего, на вытеснение частника и огосударствление крупных предприятий. Но в сфере услуг и быта «атака» на капитал вызвала острый дефицит товаров, обострив ситуацию в регионе. Поэтому власти были вынуждены мириться с существованием частнокапиталистических заведений, насыщавших рынок. В Саратовской губернии в некоторых отраслях частники продолжали играть ведущую роль (до 60-70% производимой продукции) вплоть до 1927/1928 гг.: к ним относились предприятия бытового обслуживания (пошив и ремонт одежды, парикмахерские), производство пищевых продуктов (хлебопекарни, колбасные, маслобойни) и т.д.

Ужесточение государственной политики, излишняя регламентация работы частного сектора повлекли за собой изменение форм и методов деятельности предпринимателей, которые старались избавиться от такого ярлыка как «нэпман», переименовывая свои предприятия в кооперативы, различного рода трудовые артели.

Наибольшая активность частного капитала относится к сфере торговли, основная часть которого была задействована в мелкой рознице. В оптовой торговле господствовали государственные и отчасти кооперативные организации. Частная торговая сеть в целом прошла те же этапы своего развития, что и мелкая промышленность: до 1923 г.- наблюдался значительный рост; с 1923 до 1925 г. шло сокращение частной торговли; с 1925 г. – вновь увеличилось количество торговых предприятий. С 1926 г. начинается период постепенного вытеснения частных предпринимателей из сферы торговли, но, тем не менее, доля частников в общем торговом обороте даже в 1927 г. составляла свыше 40 %.

Саратовское Поволжье было одним из немногих регионов, где частные предприниматели были заняты в финансово-кредитной сфере. Саратовские нэпманы, учредив ОВК, получили возможность кредитовать собственное производство. Предприниматели немецкой автономии свои надежды связывали с деятельностью Немецко-Волжского банка, получив возможность не только кредитоваться, но и привлечь для реализации своих планов иностранный капитал. Пиком функционирования этого учреждения стал 1925 г.; с 1926 г. руководство банка все чаще подвергается критике со стороны центральной и местной власти, и вся его заграничная работа, впрочем, как и вся деятельность на территории АССР НП, к 1929 г. была свернута.

В целом анализ материалов и документов свидетельствует о высокой мобильности частных предпринимателей в Саратовском Поволжье, что позволяло им на всех этапах реализации новой экономической политики сохранять серьезные позиции. Даже к концу исследуемого периода (1928) частник не был полностью вытеснен из экономики исследуемого региона. Но, безусловно, это было «начало конца» недолгого предпринимательского века, существовавшего в советской стране. И Саратовское Поволжье не стало исключением.
  1   2

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconТест №2 Секция 6 Новая экономическая политика проводилась с а - 1918...
Дальнейшее продолжение политики «военного коммунизма» в мирных условиях привело бы

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconПолитика советского государства в области культуры в период новой экономической политики
Охватывают период с 1921 до 1929 гг. Начало исследуемого периода 1921г., в течение которого началось осуществление новой экономической...

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconКалмыкия в период новой экономической политики (1921-1929 гг.)
Работа выполнена в отделе истории Калмыцкого института гуманитарных исследований Российской академии наук

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconРазвитие торговли в башкирии в период новой экономической политики (1921
Охватывают Большую Башкирию, что имеет особое значение, так как переход к новой экономической политике начинался в условиях существования...

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconМ. К. Левченя методические рекомендации для практических занятий...
«Предпринимательство и предпринимательская деятельность» для студентов экономических специальностей

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconМетодические рекомендации по выполнению самостоятельной внеаудиторной...
Этапы эволюции частного и государственного хозяйства. Этапы развития капиталистического предпринимательства в конце XIX века и начала...

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconНовая экономическая политика (нэп)
Существенное изменение экономической политики страны в 1921 г было вызвано тем, что

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconПредпринимательская деятельность донских армян на юге россии (конец XVIII начало XX вв.)
Охватывают лишь период по середины XIX в., т к материалы Государственного архива Ростовской области автором практически использованы...

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconСобрание сочинений 43 печатается по постановлению центрального комитета
В 43 том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят произведения, написан­ные в марте — июне 1921 года в условиях перехода Коммунистической...

Частная предпринимательская деятельность в годы новой экономической политики (1921-1928): на материалах саратовского поволжья iconПолитика «военного коммунизма» и бсср в годы новой экономической...
После окончания гражданской войны большевистское государство оказалось в кризисном состоянии. Перспективы мировой революции становились...






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную