Центральная Азия Михаил носов евросоюз и






Скачать 218.91 Kb.
НазваниеЦентральная Азия Михаил носов евросоюз и
Дата публикации19.01.2015
Размер218.91 Kb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > География > Документы



Евросоюз и Центральная Азия




Михаил НОСОВ

Евросоюз и Центральная Азия

История Евросоюза содержит немало страниц сотрудничества с молодыми государствами, получившими независимость. Правда, особенность многих из этих государств – и африканских, и арабских, и азиатских – состоит в том, что когда-то они входили в состав колониальных или зависимых от Запада территорий, либо находились в орбите его многоаспектного влияния. Однако чего не было в этой истории до недавнего времени, так это отношений со странами Центральной Азии, бывшими до 1991 года республиками в рамках СССР. Распад Советского Союза, потеря Москвой в значительной степени своего экономического и политического влияния в регионе создали определённый политический вакуум, что не могло не активизировать политику Запада и ЕС по выстраиванию там своих позиций.

Интерес ЕС к Центральной Азии начал особенно расти после событий 11 сентября 2001 года. Определялось это рядом причин. Вовлечение Европы в войну в Афганистане и использование территории Центральной Азии силами НАТО создало здесь своего рода плацдарм для укрепления региональных позиций Запада. Европейцам стали ближе возникающие в этом регионе угрозы ЕС и миру, включая растущий экспорт наркотиков из Афганистана, значительная часть которых попадала на улицы европейских городов транзитом через Центральную Азию и Россию. Значение региона возросло после формирования там таких центров исламского фундаментализма, как Исламское движение Узбекистана или Свободный Туркестан, ставших частью террористической угрозы миру, что заставило обратить более пристальное внимание на действия исламистских организаций и включиться в создание широкого фронта борьбы с терроризмом.

Значительную роль в формировании интереса ЕС к Центральной Азии сыграла и активизация деятельности Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), в рамках которой Россия и Китай начали устанавливать интеграционные связи с регионом и расширять сотрудничество со странами Центральной Азии.

_______________________________________________________________

© Носов Михаил Григорьевич – член-корреспондент РАН, заместитель директора Института Европы РАН.

При этом деятельность ШОС рассматривается Западом в первую очередь как стремление России и Китая создать в регионе своего рода противовес влиянию США и Европы.

Инструменты сотрудничества

Еврокомиссия впервые комплексно рассмотрела проблемы взаимоотношений между ЕС и Азией в документе 1994 года “К новой стратегии в Азии”. Следующий документ, принятый в 2001 году, был озаглавлен “Европа и Азия: стратегическая программа расширенного партнёрства”. Оба они рассматривают в основном отношения ЕС со странами Южной, Юго-Восточной и Северо-Восточной Азии и практически не касаются политики Евросоюза в отношении стран Центральной Азии.

Для Западной Европы в целом и для ЕС в частности “освоение” Центральной Азии началось с решения включить все бывшие советские республики в процесс европейской безопасности в рамках ОБСЕ. Все новые государства Центральной Азии стали членами ОБСЕ “по умолчанию”, поскольку советское участие в работе этой организации автоматически распространилось и на них. Подобным же образом после распада СССР программа “Партнёрство во имя мира” (PfP) распространилась на Центральную Азию, и все страны региона вместе с тремя государствами Закавказья и европейскими странами вошли в Совет Евроатлантического партнёрства, созданный в мае 1997 года1. Став членами ОБСЕ и участниками программы НАТО, независимые государства Центральной Азии сохранили элемент определённой причастности к Европе, а ОБСЕ, в свою очередь, сохранила свой евроазиатский характер. Однако после расширения ЕС в 2004 году страны Центральной Азии, в отличие от стран Закавказья, не были включены в программу Европейской политики добрососедства (ENP), что привело к их выводу из программ помощи странам СНГ и лишило даже теоретической возможности вступления в ЕС и НАТО.

Что касается политических контактов между ЕС и странами Центральной Азии, то до последнего времени они носили достаточно ограниченный характер. ЕС не проводил саммитов с руководителями стран региона, хотя критика в их адрес часто содержалась в документах ЕС. В 2004 году ЕС выступил с заявлением, осуждающим проведение парламентских выборов в Узбекистане, в 2006 году аналогичное заявление было сделано по поводу выборов в Казахстане. Министры ЕС несколько раз выезжали в Центральную Азию.

В июле 2005 года после андижанских событий в Узбекистане было принято решение о повышении уровня политических контактов и учреждена должность специального представителя ЕС по проблемам Центральной Азии, пост которого занял бывший председатель ОБСЕ Ян Кубис. Руководство Союза возложило на него миссию “отслеживать развитие политических процессов в Центральной Азии, устанавливая и развивая тесные контакты с правительствами, парламентами, судебными органами, гражданским обществом и средствами массовой информации”1.

Интересно отметить, что одной из приоритетных задач спецпредставителя ЕС в Центральной Азии является налаживание сотрудничества с Россией и Китаем в регионе, что фактически в будущем не может не стать основой для сотрудничества с ШОС.

При этом в Брюсселе хорошо понимают, что влияние ЕС в регионе не столь значительно, как влияние России, Китая и США, что и определяет подход, согласно которому “геополитическое значение ЕС в регионе не следует переоценивать”2. К этому, вероятно, можно добавить, что и сам регион в политике и экономике ЕС всё ещё остаётся далеко не на первом месте.
ЕС и интеграционные процессы в регионе

Одной из задач, которая ставилась перед политикой ЕС в Центральной Азии, является развитие внутрирегиональной интеграции. Брюссель стремился перенести свой позитивный опыт европейской интеграции на регион Центральной Азии и использовать значительные средства для реализации этой задачи, считая, что именно это поможет решению проблем стран региона. В октябре 2002 года ЕС опубликовал документ “Стратегия на 2002–2006 годы”, в котором развитие регионального сотрудничества со странами Центральной Азии рассматривалось в качестве приоритетного, что предусматривало конкретные формы финансирования программ, направленных на поощрение региональных связей.

Как было отмечено в “Стратегии…”, “программа регионального сотрудничества направлена на создание добрососедских отношений и сотрудничества между странами Центральной Азии, используя прагматичный формат “изменяемой геометрии” там, где у ЕС имеются стратегические интересы. Это включает в себя создание транспортных и энергетических сетей, устойчивое использование природных ресурсов, внедрение международных экологических, юридических и внутриполитических стандартов”3.

Однако стремление ЕС поставить во главу угла своей политики в Центральной Азии создание условий для развития интеграционных процессов в регионе продвигается не слишком успешно. Хорошо известно, что ни опыт СНГ, ни опыт других региональных организаций, во множестве созданных при участии стран Центральной Азии, пока не смог обеспечить экономическую основу интеграции, открывающую путь к интеграции политической. Причин для этого множество. После долгих лет нахождения в СССР страны получили политическую самостоятельность, но не опыт самостоятельного существования. Их государственность развивается, но ещё не достигла того уровня, когда становятся очевидными преимущества центростремительных, а не центробежных процессов.

Играют роль и различия в экономических потенциалах этих стран. Если такие небольшие государства, как Киргизия и Таджикистан, готовы к интеграции, отдавая себе отчёт в сложностях самостоятельного развития, то Узбекистан относился к этому более прохладно, считая, что он имеет достаточные ресурсы для самостоятельного развития. Самая богатая страна региона Казахстан проявляет готовность к интеграции и пока активно развивает экономическое сотрудничество прежде всего с Россией и Западом. Что касается Туркменистана, то с самого начала своего самостоятельного существования он позиционировал себя как закрытое государство, выходящее во вне исключительно для продажи газа.

Одним из важных направлений развития политики ЕС в регионе становятся его отношения с Шанхайской организацией сотрудничества. Долгое время Европейский Союз не пытался сформулировать своё отношение к ней, что было связано с существовавшим скепсисом относительно жизнеспособности организации, возникшей в 1996 году для пограничного размежевания между Китаем и странами СНГ.

В основополагающем документе, формулирующем основы регионального сотрудничества ЕС со странами Центральной Азии в октябре 2002 года, ШОС был упомянут лишь однажды, да и то в сноске, которая гласила, что “хотя Шанхайская организация сотрудничества и была создана для обсуждения пограничных проблем с Китаем, сейчас она набирает силу, сосредотачиваясь на таких проблемах, как борьба с терроризмом и сепаратизмом. В рамках ШОС рассматриваются и вопросы экономического сотрудничества”1.

Активизация работы ШОС поставила перед ЕС задачу перехода от политики, направленной на поддержку тенденций регионализации Центральной Азии, к более широкой задаче встраивания политики ЕС в сотрудничество этих стран с Россией и Китаем. В первую очередь речь идёт не об экономическом сотрудничестве, которое сегодня и на ближайшую перспективу неизбежно останется на уровне двусторонних отношений между ЕС и странами-участницами ШОС, поскольку даже программы сотрудничества ЕС со странами Центральной Азии в основном реализуются на уровне связей с отдельными государствами. Для ЕС начинают приобретать особую важность программы, связанные с вопросами безопасности. Как отмечалось в докладе Европейского института азиатских исследований, “в первую очередь ЕС должен выработать политику, которая рассматривает эффективный регионализм в Центральной Азии с включением в эти процессы России и Китая. Именно поэтому ЕС должен обратить особое внимание на то, что в основе ШОС лежат проблемы безопасности, и поддержать это, отдавая приоритет программам сокращения вооружений в Центральной Азии, сосредотачиваясь на выработке гарантий безопасности, обеспечивающих реализацию этих программ”1.

В политике в отношении ШОС важное значение ЕС начинает придавать попыткам убедить руководство России и Китая перейти от двустороннего подхода к своим связям со странами Центральной Азии и от двустороннего экономического сотрудничества к интеграционному. Следует сразу оговориться, что развитие региональных экономических программ ШОС пока находится в эмбриональном состоянии и это абсолютно правильное направление политики ЕС пока можно рассматривать лишь как правильное пожелание, относящееся не только к Москве и Пекину, но и к самому Брюсселю.

Помимо соображений экономического характера, стремление ЕС расширить свои отношения с ШОС продиктованы опасениями, что в результате тех глобальных политических процессов, которые происходят в мире, Европа может оказаться на периферии мировой политики. Если сегодня центр мировой политики всё ещё сосредоточен в системе отношений между Европой и США, то очевидно, что с каждым годом он смещается на восток от Европы и на запад от США. Не случайно, что в период своего председательства в ЕС в первой половине 2007 года Германия планирует выдвинуть задачу расширения связей с регионом Центральной Азии в качестве одной из приоритетных.

Экономические отношения
Основой для экономических отношений между ЕС и странами Центральной Азии стало подписанное в 1989 году Соглашение о торговле и сотрудничестве между СССР и странами Евросоюза. После распада СССР соглашения об экономическом сотрудничестве со странами региона заключались уже на двусторонней основе.

Планы развития экономических отношений между ЕС и Центральной Азией пока в основном относятся к будущему. На сегодня регион Центральной Азии ещё не играет сколь-либо заметной роли в мирохозяйственных связях. Для ЕС и Китая торговля со странами региона составляет менее половины процента от общего объёма торговли, для России – 4,5%, для США – чуть больше 0,05%.

После газового кризиса зимы 2006 года, когда конфликт между Москвой и Киевом создал угрозу для поставок газа в Европу, вопрос о диверсификации поставок энергетического сырья встал на повестку дня и в Брюсселе. В качестве наиболее перспективных партнёров для снабжения газом ЕС рассматривает Казахстан и Туркмению. Существуют планы переброски туркменского газа в Европу без участия России, однако они сталкиваются с неприятием ЕС внутриполитической ситуации в Туркмении. Решение же этой проблемы на уровне сотрудничества с ШОС может открыть определённые перспективы. Хотя интересы России и Китая в использовании туркменского газа далеко не совпадают с интересом к нему ЕС, в перспективе сотрудничество здесь возможно.

Эйфория вокруг доступа к энергетическим ресурсам региона в 1990-х годах достаточно быстро столкнулась с проблемами инвестирования в политически нестабильные страны. Относительно крупные инвестиции ЕС идут практически только в развитие энергетических ресурсов Казахстана.

Что касается торговли между ЕС и странами Центральной Азии, то в последние годы она практически не растёт, а её доля во внешнеторговом обороте ЕС незначительна.

В 2005 году экспорт ЕС в пять стран региона составил 66 млрд долл., или 2% от экспорта ЕС-25 без учёта внутрирегиональной торговли, а импорт соответственно 5 млрд и 0,4%.

Таблица
Внешнеторговый оборот стран Центральной Азии

и их торговля с ЕС в 2005 году, млн евро.





Казахстан

Киргизия

Таджикистан

Узбекистан

Туркмения

Экспорт

22 419

553

732

4 362

3 934

Экспорт в ЕС

9 138

16

88

520

774

Импорт

14 032

899

1 072

3 299

2 934

Импорт из ЕС

3 606

109

87

560

327


Источник: http://ec.europa.eu/trade/issues/bilatera/regions/cis/index_en.htm
В импорте из региона в ЕС сколь-либо заметное место занимают лишь нефть из Казахстана и хлопок из Узбекистана. В экспорте ЕС преобладают дорогостоящие автомобили и другие товары класса люкс, которые охотно покупает коррумпированная верхушка этих далеко не богатых государств.

Помощь ЕС странам Центральной Азии с 1991 по 2004 год составила 1,132 млрд евро, из которых 516 млн было предоставлено по программам технической помощи странам СНГ (TACIS). В основном помощь по этой программе, которая заканчивается в 2006 году, направлялась на обеспечение продовольственной безопасности, в виде гуманитарной помощи, на борьбу с бедностью, поддержку образования и создание гражданского общества. Технически помощь региону, где основными её получателями являются Киргизия и Таджикистан, осуществляется через региональное бюро ЕС в Алма-Ате, которое должно переехать в Бишкек в 2007 году. Начиная с 2007 года ЕС собирается выделить по две программы помощи на страну, при этом главный упор опять будет делаться на помощь Таджикистану и Киргизии.

Неоднозначные партнёры

Как отмечено выше, усилия ЕС по созданию условий для экономической интеграции региона пока не дали сколь-нибудь очевидных результатов, поэтому до сих пор основой отношений ЕС со странами Центральной Азии остаются двусторонние связи.

Казахстан представляет для ЕС наибольший интерес в регионе Центральной Азии как с точки зрения экономики, так и политики. Демонстрируя стабильные темпы роста ВВП – в среднем свыше 9,5% в год за последние пять лет, Казахстан к тому же обладает не только крупнейшим промышленным потенциалом в регионе, но и серьёзными запасами нефти, часть которой уже сегодня поступает в Европу. В настоящее время Казахстан добывает 1,1 млн баррелей чёрного золота в день и в течение 10 лет планирует в три раза увеличить добычу нефти, 80% которой предназначено для экспорта. В рамках очевидных намерений руководства ЕС диверсифицировать поставки энергоносителей в Европу, о чём было откровенно заявлено в ходе саммита Россия – ЕС в финском городе Лахти в октябре 2006 года, Казахстан приобретает особое место в планах Союза.

С политической точки зрения ЕС оценивает ситуацию в республике как наиболее стабильную в регионе, отмечая такие позитивные сдвиги в стране, как введение в конце 2003 года моратория на смертную казнь, шаги на пути реформы судебной системы. В то же время Брюссель не прекращает упрекать руководство Казахстана в давлении на средства массовой информации и подавлении оппозиции.

Со своей стороны, руководство Казахстана рассматривает ЕС как важного экономического партнёра и своеобразный балансир между зачастую противоречивыми геополитическими интересами США, Китая и России в регионе, что в первую очередь связано с их нефтяными и газовыми интересами. Брюссель обладает значительными экономическими возможностями и как импортёр углеводородного сырья, и как источник финансовой и экономической помощи, однако он не обладает сверхдержавными амбициями Америки и географической близостью России и Китая к странам Центральной Азии. В отличие от Евросоюза США, Китай и Россия имеют больше рычагов воздействия на Казахстан, но возможность блокироваться с Евросоюзом в определённых ситуациях предоставляет Астане широкий политический выбор и возможности для экономического торга. Так, например, сразу же после газового конфликта между Украиной и Россией зимой 2006 года ЕС и Казахстан начали переговоры о строительстве газопровода в Европу.

Юридической основой экономического и политического сотрудничества между ЕС и Казахстаном остаётся подписанное в 1999 году Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, в рамках которого обе стороны проводят многочисленные и регулярные встречи как на самом высоком уровне, так и на рабочем. Между ЕС и Казахстаном существует ряд двусторонних соглашений по стали и текстилю, ЕВРОАТОМ имеет с Казахстаном три соглашения в области ядерной безопасности.

ЕС в 2005 году был крупнейшим торговым партнёром Казахстана, почти на 3 млрд евро опередив занимающую второе место Россию и на 6 млрд евро – находящийся на третьем месте Китай. На ЕС пришлось чуть меньше трети объёма казахстанской внешней торговли – 29,7% импорта и 35,4% экспорта. Двусторонний объём их торговли суммарно превышает торговые сделки Союза со странами Центральной Азии и Закавказья.

С 2001 по 2005 год импорт ЕС из Казахстана вырос с 3295 млн евро до 9138 млн. Казахстан занимает 28-е место среди импортёров Евросоюза. Свыше 86% закупок ЕС в Казахстане приходится на нефть, что составляет чуть больше 3% от общего объёма нефтяного импорта ЕС. Заметное место в казахстанском экспорте в ЕС занимает стальной прокат. В июле 2005 года ЕС увеличил импортные квоты для Казахстана на некоторые виды стального проката до конца 2006 года.

Экспорт стран ЕС в Казахстан в 2005 году составил 3,6 млрд евро, увеличившись по сравнению с предыдущим годом на 11,6%. Тенденция к росту экспорта сохранилась и в 2006 году. В экспорте ЕС в Казахстан 2,1 млрд евро (57% от объёма) приходится на машины и оборудование, включая 614 млн евро на продукцию транспортного машиностроения, 460 млн – на химические продукты (12,7%), 307 млн (8,5%) – на сталь и прокат.

В 2002 году ЕС обогнал США по уровню прямых инвестиций в Казахстан, став крупнейшим инвестором в его экономику. Основными европейскими инвесторами остаются Великобритания, Италия и Нидерланды, которые вкладывают средства преимущественно в добычу нефти и газа, куда идёт около 90% всех иностранных инвестиций.

Только в 2004 году Казахстан получил прямых иностранных инвестиций на сумму в 10,5 млрд евро (прирост на 83% к предыдущему году). На долю ЕС пришлось 40,8% капиталовложений.

Узбекистан. Обладая значительным экономическим потенциалом и сырьевыми ресурсами, Узбекистан также представляет для ЕС немалый интерес. Однако на протяжении всего периода отношений он был и остаётся сложным партнёром для Евросоюза. Руководство ЕС постоянно обвиняло Ташкент в несоблюдении прав человека, а президент И. Каримов и его правительство не раз подвергались жёсткой критике со стороны Брюсселя. В апреле 2004 года ЕС пошёл на резкое сокращение гуманитарной помощи Узбекистану, мотивируя это отсутствием прогресса в деле политических реформ и соблюдении прав человека. Ситуация усугубилась после известных событий в Андижане в мае 2005 года, результатом которых стало резкое ухудшение отношений между Узбекистаном и Западом. ЕС временно приостановил деятельность всех комитетов по развитию экономических связей с Узбекистаном, созданных в рамках подписанного в 1999 году Соглашения о партнёрстве и сотрудничестве. Со своей стороны Узбекистан ограничил активность европейских неправительственных организаций на территории страны и демонстративно начал сближаться с Россией.

Место Узбекистана во внешней торговле ЕС крайне незначительно. Его доля в импорте ЕС составляет 0,06%, в экспорте – 0,05%, тогда как во внешней торговле Узбекистана ЕС занимает твёрдое второе место после России. В 2005 году на ЕС пришлось 20,2% узбекского импорта и 18,6% экспорта. Объём импорта ЕС из Узбекистана в том же году составил 520 млн евро, из которых 142 млн (27,2%) пришлось на энергетическое сырьё, 67 млн (12,7%) – на хлопок, 52 млн (10%) – на одежду и текстиль. Экспорт ЕС в Узбекистан в 2005 году достигал 560 млн евро. Около половины его приходится на продукцию машиностроения.

Туркмения по ВВП на душу населения является самой богатой страной в Центральной Азии за счёт значительных запасов газа. ВВП на душу составляет 2 826 евро. Провозгласив свой нейтралитет, Туркмения тем не менее остаётся достаточно закрытой страной, что делает её контакты с Евросоюзом менее активными, чем с другими странами региона. Хотя в 1998 году ЕС и Туркмения подписали Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве, оно до сих пор не ратифицировано, а после первой встречи Консультативного совета, созданного в рамках СПС в 1999 году, следующая встреча состоялась лишь в 2004 году.

В 2005 году импорт ЕС из Туркмении составил 774 млн евро, из которых 733 млн (94,6%) пришлось на энергетическое сырьё (0,3% от импорта ЕС этой группы товаров). После Украины и Ирана ЕС занимает третье место среди покупателей туркменского газа.

Экспорт ЕС в Туркмению – 327 млн евро, из них 294 млн – готовая продукция, в том числе 142 млн – продукция машиностроения. В 2005 году республика закупила в ЕС автомобилей на 14 млн евро. Среди импортёров Туркмении ЕС занимает первое место, опережая США и Россию.

Из всех стран Центральной Азии Туркмения получает меньше всех помощи от ЕС, что связано как с достаточно закрытым характером общества и невозможностью осуществления там деятельности иностранных неправительственных организаций, так и с сравнительно высоким уровнем дохода на душу населения. Между 2002 и 2004 годами объём помощи ЕС составлял всего лишь 2 млн евро в год. В соответствие с программой на 2005–2006 годы помощь увеличена до 4 млн евро в год.

Киргизия подписала Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве с ЕС в 1995 году, но оно вступило в силу лишь в июле 1999-го. Стороны регулярно проводят экономические консультации на уровне экспертов, однако объём экономических связей остаётся крайне незначительным.

Хотя Киргизия и является единственным членом ВТО среди стран Центральной Азии, экономика республики относится к одной из самых проблемных в мире. Свержение коррумпированной власти президента Акаева в марте 2005 года пока не привело к сколь-либо заметному подъёму экономики страны. Объём ВВП Киргизии составляет всего 2 млрд евро, а доход на душу населения – 380 евро в 2005 году.

Импорт ЕС из Киргизии в 2005 году равнялся 16 млн евро, сократившись до этого уровня за последние пять лет, с 2001 года, когда он составлял 127 млн евро. Экспорт показал величину в 109 млн евро.

В 2004 году в экспорте Киргизии ЕС занимал шестое место, после ОАЕ, России, Китая, Казахстана и Швейцарии, и его доля составила 4,2%; среди импортёров Киргизии ЕС был на четвёртом месте после Китая, России и Казахстана. Доля ЕС в общем объёме киргизского импорта – 9,6%.

В 2005 году больше половины вывозимых в ЕС товаров пришлось на текстиль (51,9% от объёма), 11,5% – на металлы, 7,8% – на продукты питания, 7,1% – на овощи.

В экспорте ЕС в Киргизию 28,1% относилось к транспортному оборудованию, включая автомобили на 18 млн евро (16,6% от объёма экспорта из ЕС), 22,4% – к продукции машиностроения и оборудованию, 13,5% – к продукци химической промышленности. Доля Киргизии во внешней торговле ЕС составляет сотые доли процента.

Оказываемая ЕС помощь Киргизии осуществляется прежде всего по каналам программы ТАСИС, объём которой до 2004 года составил 83 млн евро. В рамках этой программы средства предоставляются на развитие регионального сотрудничества, поддержку национальных проектов и борьбу с бедностью. Первое направление связано с улучшением работы транспортной сети, рациональным использованием природных ресурсов, борьбой с наркотиками. В рамках второго помощь предоставляется на укрепление государственных институтов, системы образования. Третье направление – это пилотный проект, направленный на укрепление систем местного самоуправления в Баткенском районе.

По программе продовольственной безопасности Киргизия ежегодно получает около 8,5 млн евро. Некоторые суммы предоставляются ей и по программе ЕС “Инициатива по укреплению демократии и прав человека”.

Таджикистан. В 2004 году ЕС и Таджикистан подписали Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве. Оно заменило действовавшее с 1989 года Соглашение о торговле и сотрудничестве.

В 2005 году страна экспортировала в ЕС товаров на сумму в 88 млн евро, главным образом алюминий, хлопок и текстиль, а ввезла на 87 млн – продукцию машиностроения, сельскохозяйственные продукты, транспортное оборудование.

Во внешнеторговом обороте ЕС на Таджикистан приходится 0,01%, при этом импорт ЕС из Таджикистана сократился почти в три раза: с 232 млн евро в 2003 году до названных 88 млн в 2005-м. ЕС занимает четвёртое место, после России, Узбекистана и Казахстана, среди стран-импортёров Таджикистана и первое место – среди экспортёров.

Таджикистан в пересчёте на душу населения является крупнейшим получателем помощи ЕС. За период с 1992 по 2002 год он получил в форме грантов свыше 350 млн евро, которые направлялись прежде всего на борьбу с бедностью.

Центральная Азия между Россией и Западом

В течение десяти лет после развала СССР государственное строительство в Центральной Азии фактически происходило без особого влияния и реального вмешательства как со стороны России, так и Запада. Единственным исключением можно назвать Таджикистан, где в силу дислокации там российских войск, Москва имела ограниченное влияние на развитие ситуации. Сегодня положение начинает меняться. Россия стремится восстановить свое влияние в регионе, используя такие инструменты, как ЕврАзЭС, ОДКБ и ШОС, а также разочарование некоторых стран региона в сотрудничестве с Западом.

Хотя европейцы (равно как и американцы) часто заявляют о своих “стратегических интересах” в Центральной Азии, на самом деле их влияние в этом регионе достаточно ограничено как их собственными интересами, так и возможностями проводить там активную политику. К тому же само понятие “стратегические интересы” в значительной степени девальвировалось и уже давно не подразумевает ни коалиционной политики, ни военного союза, ни военно-политических обязательств уровня “доктрины Монро” или “доктрины Брежнева”.

Такое положение дел связано с рядом причин и прежде всего с географической отдалённостью Центральной Азии от Западной Европы. Управляют четырьмя из пяти стран региона бывшие первые секретари республиканских ЦК КПСС, что во многом определяет их достаточно конъюнктурное отношение к таким западным ценностям, как демократия, права человека, свобода средств массовой информации. Так, например, Узбекистан до событий в Андижане в 2005 году пытался подчёркивать свою прозападную ориентацию, а после событий стал быстро сближаться с Москвой.

После того как в ноябре 2002 года на Пражском саммите НАТО было заявлено, что для Запада “Кавказ и Центральная Азия являются стратегически важными”1, политика и НАТО, и ЕС на постсоветском пространстве стала восприниматься Москвой прежде всего как попытка вмешательства в сферу российских национальных интересов.

“Тюльпановая революция” в Киргизии и события в Андижане объективно способствовали усилению антизападной позиции России и стран Центральной Азии. После того как отношения Запада с Ташкентом резко охладились, а политика в отношении Бишкека стала отличаться неопределённостью, взаимодействие России с этими странами заметно улучшилось. Узбекистан стал полноправным членом ЕврАзЭС и ОДКБ. Что касается Таджикистана, то он всегда ориентировался на Россию, а Казахстан был всегда уравновешенно активен как в отношениях с Россией, так и с Западом. Туркмения демонстративно отказывается сотрудничать как с СНГ, так и с Западом, фактически сохраняя членство только в Организации исламского экономического сотрудничества, куда входят кроме неё Иран, Пакистан, Турция и Афганистан. Поэтому можно согласиться с оценкой ситуации в регионе, данной влиятельной немецкой газетой “Ди Цайт”. Она отметила, что “в Средней Азии пока не стоит вопрос о кардинальном решении в пользу Востока или Запада. Гражданское общество и демократические движения там ещё очень слабо развиты”1.

* * *

Ближайшие годы покажут, в чью сторону склонится чаша весов – ЕС, России, Китая или США. В принципе цели, которые стоят сейчас и на перспективу перед ними в Центральной Азии, более или менее совпадают. Все они заинтересованы в сохранении стабильности региона, поскольку его дестабилизация приведёт к осложнению ситуации в Афганистане, потоку беженцев в сопредельные страны. Все обеспокоены ростом наркотрафика из региона. Все, хотя и в разной степени, озабочены деятельностью исламистских организаций в регионе. Все проявляют интерес к участию в разработке нефтяных и газовых запасов Каспия, хотя здесь возможно как сотрудничество участников этого политического уравнения, так и конкуренция между ними.

Однако при всей схожести интересов Запада и России в Центральной Азии есть у них и существенные различия в вопросе о политическом будущем региона. В выборе между тоталитаризмом и демократией, где первое означает застойную стабильность, а второе может открыть путь исламистам и наркобаронам, Россия выступает против цветных революций, а Запад – за демократизацию режимов, правящих в регионе. Различия в подходе основаны на том, что в России хорошо представляют себе ограниченность перспектив демократизации стран региона, а Запад исходит из далёких от конкретной практики, но справедливых рассуждений о преимуществах демократии для развития государства. В конечном счёте Россия не возражала бы против превращения государств Центральной Азии в демократические страны, в том числе и с помощью усилий ЕС и Запада в целом, но с двумя важными оговорками. Во-первых, путь к демократии не должен пролегать через хаос и дестабилизацию, во-вторых, формирование демократии не должно строиться на основе насаждения кем бы то ни было антироссийских политических установок. Любые европейские или американские попытки оказать на страны Центральной Азии давление в вопросах соблюдения прав человека и создания гражданского общества воспринимаются и будут восприниматься в Москве и Пекине сквозь призму собственных отношений с Западом в этой сфере, в основе которых лежит разное понимание этих принципов.

Что касается экономической конкуренции в регионе, то пока говорить о ней не приходится в силу незначительности иностранного присутствия в Центральной Азии. Многочисленные дискуссии о том, в каком направлении в будущем пойдёт казахская нефть и туркменский газ, пока ещё не обрели своей актуальности.

____________________________________________

1 Совет евроатлантического партнёрства (EAPC), созданный на основе PfP формально является связующим звеном между НАТО и странами Центральной Азии.

1 “Appointing a Special Representative of the EU for Central Asia”, Council Joint Action L199/100, 2005/544/CFSP (Official Journal of the European Union 29 July 2005).

2 Anna Matveeva “EU Stakes in Central Asia”, Chaillot Paper, N 91, July 2006. P. 96.

3 Strategy Paper 2002–2006 & Indicative Programme 2002–2004 for Central Asia, October 30, 2002.

1 Strategy Paper 2002–2006 & Indicative Programme 2002–2004 for Central Asia. Р. 55.

1 EIAS Publications BP 02/04. P. 7.

1 Prague Summit Declaration Issued by the Heads of State and Government Participating 

in the Meeting of the North Atlantic Concil in Prague, November 21, 2002, 

http://www.nato.int/docu/pr/2002/p02‐127e.htm.

1 “Die Zeit”, Mai 25, 2005.

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и icon«Центральная Азия во внешней политике Китая»
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconГосударство кирпанд империя в срединной азии
Центральная Азия в 1- п веках нашей эры и начальный этап истории Кирпанда

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconМихаил Носов
Несмотря на все различия, которые можно отыскать в политике, идеологии и дипломатии сегодняшней Европы и сша, Америка в целом сохраняет...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconМихаил носов ес – Индия: трудный путь
В основе индийской демократии лежит система английского парламентаризма и демократии, однако путь к этому для Индии лежал через долгие...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconЦентральная азия в системе международных отношений на современном этапе
Защита состоится «­­­26» мая 2011 г в 12 часов на заседании Диссертационного совета по политическим наукам д 209. 001. 01 в Дипломатической...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconДж. Дэвис М. Свиней
Документ "Центральная Азия в стратегии и оперативном планировании сша", подготовленный в феврале 2004 года американским Институтом...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconЦентральная азия и европейский союз
Азии и Европы. Столетия назад через него проходили маршруты Великого шёлкового пути из Китая и Индии в Европу. Этот опыт прошлого...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconРоссийской федерации
Целями освоения дисциплины (модуля) «Центральная Азия в системе международных отношений» является изучение политических и экономических...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconНаркоситуации в мире по материалам зарубежных интернет–сайтов с 08...
Института стратегических оценок и анализа мы решили, прежде всего, потому, что Центральная Азия это не просто наиболее проблемный...

Центральная Азия Михаил носов евросоюз и iconДоклада Международного валютного фонда на тему «Кавказ и Центральная...
Кавказа и Центральной Азии, текущие и вероятностные сценарии применения мер экономической политики. В дискуссии приняли участие сотрудники...






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную