Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований






НазваниеИнститут непрерывного образования центр евразийских и международных исследований
страница27/32
Дата публикации10.02.2015
Размер4.41 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > История > Документы
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   32

Перечень организаций, признанных экстремистскими,

в Республике Дагестан

Для противодействия данным организациям, Народ­ным Собранием Республики Дагестан был принят Закон Респуб­лики Дагестан от 22 сентября 1999 г. N 15 "О запрете ваххабит­ской и иной экстремистской деятельности на территории Рес­публики Дагестан" [7], а в 1999 многие ваххабиты приняли участие во вторжении боевиков в Дагестан. Такие законы были приняты в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, в Республике Ингушетия, а также запрещен ваххабизм в Чеченской Республике. Обстановка в республике была крайне напряженной и имела тенденцию к дальнейшему обострению. Данный закон был принят в целях создания юридической базы для противостояния религиозно­му экстремизму (ст. 1). Так, Закон регламентирует обучение религии в учебных заведениях за пределами Республики Дагестан (ст. 2). В соответствии с положениями данной статьи обучение граждан РД за рубежом в религиозных учебных заведениях допускается только по направлению Духовного Управления Мусульман Дагестана, согласованном Управлением по делам религий в Республике Дагестан (ст. 3) [9].

Данное положение является вполне оправданным, ибо почти все выезжающие из республики без согласования с государственными структурами для получения религиозных знаний, находясь на территории иностранного государства, к примеру, по туристическим визам, по истечении их срока находятся за границей нелегально, могут быть задержаны за нарушении визового режима, и в последующем проходят обработку со стороны иностранных спец. служб. Ярким примером этом могут служить последние события, связанные с бывшим сотрудником дагестанского ОМОНа Мадридом Беговым. По данным ФСБ, в 2007 году он уволился и уехал в Египет поступать в университет Аль-Азхар. Вернувшись через семь месяцев, он стал пропагандировать радикальные взгляды. Тогда же он был взят в разработку. Вскоре он вошёл в ряды одного из НВФ и был объявлен в оперативный розыск. 04 апреля 2009 года в десяти метрах от управления ФСБ РФ по РД Мадрид Бегов восемь раз выстрелил в офицера ФСБ Зулкаида Каидова (Герой России, заместитель начальника службы ЗКС и БТ) из пистолета Макарова [4]. По информации обучающихся в Египте, за май-июнь 2009 года в городах Каир, Александрия и Мансура без видимых причин арестованы и помещены в тюрьму госбезопасности 198 студентов с Северного Кавказа, Татарстана и Средней Азии. Среди них 73 чеченца, 12 ингушей, 10 дагестанцев, 3 уроженца Татарстана. Серия арестов началась 24 мая. Студентов забирали прямо с арендуемых квартир университетов Аль-Азхар и Айн Шамс. За подозрение в нарушении местных законов, в том числе паспортно-визового режима [3]. Многие ученые подвергали данный закон, критике обвиняя в чрезмерной политизации его формулировок и положений, так например, Л.Р. Сюкияйнен считает, что «в правовом отношении этот акт несовершенен, прежде всего, потому, что в нем не содержится ничего нового по сравнению с действующим законодательством в отношении пресечения экстремистской деятельности религиозных объединений. Но самое главное заключается в том, что в нем без достаточных оснований используется термин «ваххабитский», которому придается не религиозный, а политический смысл [11, c.44]. Гораздо позже был принят Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятель­ности" [10]. Представители и последователи этих организаций экстремистского толка занимаются вербовкой и обучением населения из числа молодёжи в целях последующего их использования в вооруженных конфликтах в Республиках Северного Кавказа.

Возрастная структура задержанных за террористическую

деятельность в Республике Дагестан (январь-сентябрь 2005 г.)


Общее число задержанных за террористическую деятельность ровно за 8 месяц 2005 г. составило 119 человек. Среди задержанных лиц молодежного возраста оказались 62,8 % [1].
Возрастная структура активных организаторов

террористических актов в Республике Дагестан, находящихся в розыске

(январь-сентябрь 2005 г.)


В республиках Северного Кавказа активно ведется агитационно-пропагандистская и вербовочная работа по вовлечению молодежи в противоправную дея­тельность. Так, например, в апреле 2005 года, в гор. Хасавюрте, республики Дагестан гр-н Х., совместно с И., занимаясь вовлечением З., А., Г., Ш., и других жителей г. Хасавюрта в незаконные вооруженные формирования, склоняли их к участию в деятельности незаконных вооруженных формирований, занимаясь сбором средств для этих целей, приобрели в этих целях радиостанции, ножи, продукты питания, медикаменты и намеревались в составе группы выехать в Чеченскую Республику и принять участие в незаконных вооруженных формированиях [5].


Возрастная структура убитых в ходе антитеррористических операций

в Республике Дагестан (январь-сентябрь 2005 г.)

В 2008 году на учете в МВД по Республике Дагестан состояло 1370 представителей течения «ваххабизм».

По состоянию на конец 2007года только в городе Хасавюрте Республики Дагестан на учете в ГОВД состоят – 171 приверженцев течения «Ваххабизм» [6].

При отсутствии единого понимания вопросов связанных с противодействием религиозному экстремизму, возможны обострение межконфессиональных конфликтов, а также конфликтов внутри одной конфессии между разными течениями.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА:


  1. Абдулагатов З.М. Ислам в массовом сознании дагестанцев Монография. – Махачкала: ИИАЭ ДНЦ РАН, 2007

  2. Бирюков В.В. "В отношении изменений, внесенных в Федеральный закон № 114 "О противодействии экстремистской деятельности" // Военно-юридический журнал. № 12, 2007

  3. Магомедов У. Тьма египетская // Дагестанский Общественно-политический еженедельник «Черновик». №23 от 05 июня 2009 г.

  4. Мустафаев Т. Закрытый сотрудник // Дагестанский Общественно-политический еженедельник «Черновик». №15 от 10 апреля 2009 г.

  5. Обвинительный приговор от 09 декабря 2005г. Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан

  6. Общая характеристика оперативной обстановки в г. Хасавюрт за 12 месяцев 2007 г. Данные Штаба ОВД г. Хасавюрта Республики Дагестан

  7. Постановление Государственного Совета Республики Дагестан от 5 сентября 1999 г. N 169 "Об обстановке в Республике Дагестан". Со­брание Законодательства Республики Дагестан, от 30 сентября 1999 г., N9, ст. 3310

  8. Российская газета - Федеральный выпуск №4545 от 15 декабря 2007 г.

  9. Собрание законодательства Республики Дагестан. 2004. № 5, ст. 414, 36

  10. Собрание законодательства Российской Федерации от 29 июля 2002 г. N30 ст. 3031

  11. Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право и борьба с международным терро­ризмом // Право и безопасность. 2005. № 3 (16)

  12. Федеральный закон Российской Федерации от 27 июля 2006 г. N 148-ФЗ О внесении изменений в статьи 1 и 15 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности". Российская Газета. Федеральный выпуск №4131 от 29 июля 2006 г.

  13. Яралиев И.М. Религиозный экстремизм как форма международного терроризма // Материалы Региональной научно - практической конференции: «Религиозный фактор в жизни современного Дагестанского общества». Махачкала, 2002

ОЛЕГ МАВРИН
ПАРТИЙНАЯ СИСТЕМА НА ФОНЕ ТРАНСФОРМАЦИИ

ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕЖИМА СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
Социальные изменения в постсоветской России многообразны и существенны. Речь идет фактически о полном сломе прежней социально-экономической системы, значительных социокультурных трансформациях в ценностях и установках большинства россиян. Именно эти глубинные процессы, по мнению автора, являются детерминантами процесса смены политических режимов, постоянной модернизации политической системы страны. В этой связи интересно понять, что представляет собой существующая многопартийность в социокультурном контексте современной России и какую роль она играет в социальных изменениях?

Для того чтобы попытаться адекватно ответить на данные вопросы необходимо проанализировать процесс институционализации политических партий и многопартийной системы в современной России, рассмотрим специфику социокультурных условий формирования партий и многопартийности в российском обществе, исследуем социальную базу партий и взаимодействие социума и многопартийной системы.

На первый взгляд процесс развития партий в России имеет довольно много общих черт с современной эволюцией партий в Европе и США. Размывание электората, возникновение партий – команд одного лидера, незначительное число партийных активистов, отсутствие интереса к членству в партиях и политическому участию, - вот те характеристики, которые могут быть применены для описания партийного развития, как в странах Запада, так и России.

Важной особенностью процесса смены режима в России послужило то обстоятельство, что она произошла без проведения учредительных выборов, и партии оказались не у дел. Массовые движения конца 80-х – начала 90-х гг. XX века, поддержавшие Б. Ельцина во время августовских событий 1991 года, не были вознаграждены за свое участие в его приходе к власти. Партийные деятели отсутствовали в правительстве реформ, сформированном в ноябре 1991 года. Идеологические цели демократических движений были реализованы, но стимулов к дальнейшему партийному строительству не было. Кроме того, не последнее значение здесь имело и то обстоятельство, что парламентские выборы были проведены лишь спустя два года. В промежутке между двумя этими событиями политическая соревновательность в России имела весьма ограниченный характер. Это блокировало процесс становления политических партий и, более того, самым негативным образом сказалось на устойчивости тех организаций, которые возникли в 1990 - 1991 годах.

На этот фон накладывались дополнительные характеристики, связанные с российской спецификой политического процесса. И именно они до сих пор препятствуют успешной институционализации российских партий.

Во-первых, российские политические партии развивались путем территориальной дисперсии, то есть путем объединения существующих на местах групп.

Во-вторых, в силу отсутствия внутренних ресурсов для развития партийных организаций, особую роль в их развитии сыграло и внешнее спонсорство, которое тоже рассматривается как фактор, препятствующий формированию политических партий. При этом спонсорами по отношению к партиям служат разного рода государственные органы, экономические корпорации, общественные объединения и т.д.

В-третьих, это преобладающая роль харизматических лидеров в организационной истории многих российских политических партий. Классическим примером в данном случае является партия ЛДПР В. Жириновского.

На эти негативные стороны формирования партийной системы в России накладывается, в свою очередь, институциональный дизайн, который тоже препятствует формированию партий. Здесь имеется в виду сравнительно сильный президенциализм и развитый федерализм.

Процесс институционализации партий обычно неразрывно связан со становлением партийной системы в стране. Россия не стала здесь исключением. Многопартийность зародилась еще в последние годы существования СССР, а Российская Федерация, пришедшая ему на смену, существует как страна с недостаточно развитой, но многопартийной системой. Российская специфика в функционировании и развитии многопартийности связана с тем, что она все еще находится в стадии становления и постоянной трансформации.

При этом процесс институционализации многопартийной системы в России носит «верхушечный характер». Суть его состоит в том, что власть пытается с помощью нормативно-правовой регламентации, использования административного ресурса и средств массовой информации сформировать эффективно действующую многопартийную систему. При этом под «эффективностью» понимается очень часто удобность этих политических группировок для самой власти. Процессы, идущие при этом в обществе властью или не учитываются, или игнорируются, или подстраиваются под «верхушечную институционализацию». Так называемые «гражданские партии» (формирующиеся снизу) в России не пользуются поддержкой больших групп населения, искусственно раскалываются правящим истеблишментом, реорганизуются. Кроме того, граждане предпочитают решать свои проблемы с помощью многочисленных групп интересов, лоббистов, которые очень часто действует нелегально или полулегально, но гораздо более эффективны, чем партии в смысле доступа к политической власти и возможности принятия нужных управленческих решений.

Таким образом, мы наблюдаем в российской социальной практике, противоречие между формальной необходимостью государства учитывать интересы различных граждан в политике (в первую очередь при помощи партий) и отсутствием потребности в партиях и многопартийности у большинства граждан. Эта проблема является ключевой, на наш взгляд, при понимании институционализации многопартийности в России.

Сам процесс институционализации многопартийности в российском обществе проходит, на взгляд автора данной работы, три основных этапа:

- первый этап хронологически охватывает события с декабря 1991 года, когда Российская Федерация стала суверенным государством и правопреемником СССР по декабрь 1993 года, когда в стране прошли первые выборы по партийным спискам;

- второй этап продолжался по декабрь 2003 года, когда «партии власти» впервые удалось одержать внушительную победу на парламентских выборах и фактически уничтожить в политическом плане все так называемые «гражданские партии», представлявшие оппозицию правящей элите;

- третий этап институционализации многопартийности в России, на наш взгляд, это события, последовавшие перед думской кампанией 2007 года, связанные с глубоким кризисом коммунистических и демократических оппозиционных партий, новыми попытками власти изменить избирательную систему и предложить гражданам выборы исключительно по партийным спискам.

Первый этап можно охарактеризовать как период зарождения собственно российской многопартийности, когда политические партии фактически имели очень слабую связь с избирательной системой, представительными органами, свою основную деятельность они направляли на работу с гражданами (митинговая активность, проведение партийных съездов и конференций, политическая реклама своих организаций через средства массовой информации).

Второй этап характеризовался относительной стабильностью избирательной системы и постепенным ростом влияния политических партий, связанного с достаточно последовательными шагами в этом направлении федеральной власти и появлением достаточно устойчивого электората «гражданских партий» (КПРФ, «Яблоко», а затем и СПС).

Третий этап институционализации партийной системы в России связан с ситуацией после очередного избирательного цикла в 2006-2007 гг. Для нее характерен совершенно новый партийный ландшафт, который говорит о безоговорочной победе «партии власти» и поддерживающих ее группировок.

Таким образом, на сегодняшний день партийная система в России может быть охарактеризована как атомистическая многопартийность с доминантной «партией власти». В России часть партий вообще исключена из политического поля, другая часть постоянно доказывает свою лояльность правящей элите. «Единая Россия» - это, по сути, продолжение федеральной исполнительной власти на законодательном уровне, в регионах

На взгляд автора, трудно рассчитывать на то, что в ближайшей перспективе в России появятся полноценные партии, в которых присутствовало бы взаимодействие политического актива и адекватной социальной базы. Представляется, что формирование новой российской государственности на основе многопартийного мандата уже идет, при всех очевидных издержках. Наиболее дальновидные социологи подчеркивают длительный характер переходного периода к многопартийной демократии в России, других странах Центральной и Восточной Европы и дают ряд практических советов. Так, Р. Дарендорф предостерегает, что гражданских обществ никто не строит, они развиваются самостоятельно, а задача государства состоит в том, чтобы создать для этого соответствующие условия [1, c.71-74].

К этому предостережению следует добавить и слова известного американского ученого С. Коэна, который справедливо подметил, что «ни одна политическая система, ни в одной стране не будет стабильной, если она не рождена в самой этой стране, на ее почве как результат развития собственной политической культуры» [2, c.96].

При выяснении причин столь стремительного роста и присутствия на политической арене политических партий, а, следовательно, и образования предпосылок становления многопартийности в России следует, на взгляд автора, иметь в виду следующие обстоятельства социально-политического характера. Многопартийность, политическая борьба – явления нормальные для цивилизованного общества, признак и принцип его демократичности. Общество без партий, возможно, представить лишь в виде примитивной монархии, в то время как многопартийность, несмотря на связанную с ней усложненность управления, является мощным средством общественного прогресса, так как ставит ему на службу все разнообразие интересов и плюрализм мнений. Это первое обстоятельство.

Второе, не менее важное – это узаконение политического строя, отвечающее воле народа. Это то самое узаконение, которое является камнем преткновения для антидемократических и тоталитарных режимов. Псевдовыборы, подтасовка результатов голосования, декоративная многопартийность – это все уловки подобных режимов для придания видимости демократии.

Третье обстоятельство заключается в том, что многопартийность предоставляет возможность выбора общественных сил, партий и лидеров, способных реализовать стоящие перед обществом задачи. Для тоталитарных и авторитарных режимов такой проблемы не существует, ибо они в силу своей природы объявляют себя если не единственно возможным, то, во всяком случае, наилучшим государственным устройством, якобы гарантирующим решение общественных проблем.

Важнейшей чертой многопартийности можно считать наличие возможности, при которой на политической арене конкурируют не менее двух политических партий, сопоставимых по своему авторитету и влиянию на массы, партий, каждая из которых имеет свою социально-экономическую программу и борется за правительственный мандат для осуществления своей политики в общегосударственном масштабе. Политическая борьба партий, альтернативность представленных ими на суд избирателей социально-экономических программ – важнейшие черты такой многопартийности.

Каковы те признаки, при наличии которых можно говорить о том, что многопартийная система сформировалась. Это, прежде всего, наличие нескольких институционализированных политических партий. Это, во-вторых, достаточно четкая идентификация различных групп населения с конкретными партиями. Это, в-третьих, наличие конкурентной борьбы между партиями. Между прочим, созданию партий и партийной системы сильно способствуют конфликты внутри политической элиты. Отсутствие или слабая выраженность этих признаков является причиной аморфности самой нынешней системы партий.

Будущее страны, надо полагать, нужно связывать не с рождением новых партий или их укрупнением (для демократических стран – это пройденный путь). Нужен эффективный механизм преодоления узурпации власти и законодательной, и исполнительной, в том числе и политическими партиями, торгующими подчас общественными благами и под флагом демократии. Известны факты взыскания денег за включение в список кандидатов в депутаты от партий. Необходимо обновление самой природы политических партий, освобождение их от психологии гражданской войны и социального противостояния. Наличие сегодня в Российской Федерации наряду с десятками федеральных партий более ста зарегистрированных движений, союзов говорит о вовлечении в политику общественно-политических структур, представляющих определенные социальные слои и выражающие их интересы. Они получают признание в народе потому, что возникают в процессе «естественного отбора» в соответствии с потребностями общества.

Российское общество неоднородно, резкая его поляризация делает настолько разными политические интересы составляющих его социальных групп. В Европе на протяжении веков демократизация политической жизни шла параллельно с социальной дифференциацией общества. Чем шире становилось избирательное право, тем больше социальное размежевание переносилось в политическую сферу и оформлялось партиями. В России коммунистический режим оставил после себя лишенный собственности (которая и составляет основу независимости общества от государства) тоталитарно-советский социум, на протяжении жизни нескольких поколений находившийся под жестким политико-идеологическим прессингом государственного социализма.

Многопартийная система в постсоветской России в значительной мере была установлена властью сверху. Власть рассчитывала таким образом сохранить за собой возможность манипулировать политическим процессом. На Западе партии сложились как основной политический инструмент самоорганизации гражданского общества для ограничения свободы капитализма нормами социальной справедливости. В России оформление многопартийности опередило становление гражданского общества. Точки его кристаллизации скорее можно найти в растущем «третьем секторе», где преодолевается отчуждение людей от происходящего в политике и экономике и социальная пассивность, воспитанная во многих поколениях советской властью.

Следует иметь в виду, что полноценная партия, во-первых, призвана выражать политические интересы определенной социальной группы или, по крайней мере, претендовать на это. Другими словами, она должна представлять еще кого-то, кроме собственных членов и непосредственно связанных с ними людей.

Во-вторых, интересы, выражаемые партией, должны носить общенациональный, а не узкокорпоративный характер. Это значит, что партия должна иметь четко сформулированную программную цель, предлагающую определенный проект развития. Разумеется, во главу угла могут ставиться интересы отдельной социальной группы, однако при этом проект должен учитывать интересы общества в целом (или хотя бы претендовать на это).

Эффективное функционирование многопартийности предполагает наличие и взаимодействие устойчивых либо активно формирующихся социальных групп с объективно обусловленными и сознанными социальными интересами и с реальной возможностью реализации этих интересов путем воздействия на политические структуры через различного рода и партий, и объединений.

Следует признать, что конституирующую функцию российские политические партии выполняют пока что крайне неудовлетворительно. Объясняется это как переходным характером процесса формирования новой социальной структуры российского общества, так и рядом других причин. Так, представления многих российских политических партий о том, интересы какого социального слоя они выражают, часто трудно назвать как-то иначе, нежели мифологическими. Например, различного рода коммунистические партии традиционно выступают в роли выразителей интересов рабочего класса, но при этом основная часть их членского состава формируется не из рабочих, как следовало бы ожидать, а из средних и низших категорий служащих госаппарата и пенсионеров. Значительная часть российских партий претендует на выражение интересов всего общества в целом, выражая на поверку интересы только своих членов.

Деятельность современных политических партий может считаться плодотворной, если они исполняют помимо прочих функций и аккумулятивную функцию. Она состоит в усвоении, синтезе и последующем политическом выражении интересов социальных, этнических, возрастных категорий населения. Аккумуляция социальных интересов является непременным условием совершенствования стратегии партии, залогом ее успешного функционирования. При решении этой задачи партия должна ориентироваться на реальные интересы крупных социальных слоев, производить коррекцию программных установок в соответствии со структурными изменениями общества.

Многопартийности в России еще только предстоит пройти через поэтапную трансформацию корпоративных, клановых структур в полноценные партии, обладающие собственной социальной базой. Осуществляться же эта трансформация станет через взаимопроникновение партийной политики и интересов формирующихся социальных общностей. Партии, оказавшиеся не способными к социально-психологическому проникновению, неизбежно сойдут с политической арены, другие, напротив, утвердятся на ней.

Таким образом, социальные изменения в постсоветской России затронули практически все стороны жизнедеятельности социума. Российская многопартийность пришла на смену однопартийной социальной системе коммунистического толка.

Процесс институционализации российской многопартийности нельзя считать завершившимся. В настоящее время мы имеем дело скорее с квазимногопартийностью, которая полностью зависит от политики правящей элиты.

Ожидать радикального изменения структуры партийной системы можно лишь после того, как кардинальным образом изменится социальная структура российского общества: на смену нынешнему среднему классу, зависимому от государства и крупного капитала, придет политически самостоятельный и экономически независимый слой мелких и средних предпринимателей и специалистов, а посткоммунистическая элита перестанет быть «внепартийной», автономной от общества и будет вынуждена шире учитывать его интересы.
1   ...   24   25   26   27   28   29   30   31   32

Похожие:

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИнститут непрерывного образования центр евразийских и международных исследований
Геополитика и экономическая динамика Евразии: история, современность, перспективы: материалы II евразийского научного форума (1-3...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconРоссийская Академия Наук институт международных экономических и политических...
Работа включена в план приоритетных исследований имэпи ран на 2004-2006 гг. (Тема 2)

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИтоговое заявление участников Четвертого российско-абхазского делового форума
Республики Абхазия г. Сухум состоялся Четвертый российско-абхазский деловой форум «Россия и Абхазия: достижения межрегионального...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconСтратегия кнр в интеграционных процессах в атр
Работа выполнена в Центре евразийских исследований фгоу впо «Дипломатическая академия мид россии»

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconБалтабаева Мээрим Талантовна
Кыргызский Экономический Университет, Институт Непрерывного Открытого Образования, «Экономика и управление на предприятии»

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconКонференции «Российское образование в зеркале международных сравнительных...
Международная конференция «Российское образование в зеркале международных сравнительных исследований» проводилась по инициативе Российской...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИнститут международных экономических и политических исследований
Механизмы интеграции инвестиций при переходе на инновационный путь развития экономики россии

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconКонцепция развития системы непрерывного образования в Российской...
Сфера непрерывного образования совокупность нормативных актов, образовательных программ и модулей, учебных заведений и организаций,...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconМеждународных отношений (университет) мид россии центр постсоветских исследований
Россия, г. Москва, 119454, пр. Вернадского 76. Tel.: (7-495) 434-8622; 434-9163, fax: (7-495) 434-2044

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconЦентр Стратегических Исследований при Президенте Азербайджанской Республики
Институт Востоковедения им акад. З. М. Буниятова нана, Совет молодых ученых ив ран, Министерство Молодежи и Спорта Азербайджанской...






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную