Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований






НазваниеИнститут непрерывного образования центр евразийских и международных исследований
страница3/32
Дата публикации12.09.2017
Размер4.41 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

ПРОГРАММА

ЕГИПЕТСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ
Египетская коммунистическая партия, действующая в интересах политического, экономического и социального освобождения долины Нила, стремящаяся избавить египетский и суданский народы от препятствий, стоящих на их пути к прогрессу, от преград, замедляющих развитие их экономической жизни, как и в интересах избавления обоих народов от рабства и колониального гнета, выдвигает следующую программу своих практических планов:

1) Полное и безусловное освобождение Египта и Судана, как и реализация тесной связи обоих народов не ради угнетения трудящихся классов Судана, а в целях пользы для обоих народов, единство которых позволит им лучше использовать их природные богатства, содействуя подъему обоих стран. Объединившись, оба народа смогут развернуть наступление против их угнетателей вне зависимости от того, являются ли эти угнетатели уроженцами обеих стран или иностранцами. Это наступление примет форму постоянной борьбы и создания единого фронта с наиболее радикальными14 и достойными доверия элементами в рядах национального движения при сохранении коммунистической партией ее лозунгов и принципов.

2) Национализация15 (Nationalisation) Суэцкого канала. Хотя это требование с коммунистической точки зрения и окрашено в сугубо буржуазные (выделено в тексте – Г.К.) тона, поскольку реализация этого пожелания не отвечает непосредственным интересам рабочего класса даже в условиях победы национального революционного движения, тем не менее, национализация (выделено в тексте – Г.К.) Суэцкого канала нанесет удар по наиболее чувствительной точке в системе британского колониализма. В силу этого обстоятельства это требование является важным и революционным.

3) Деятельность в рядах профсоюзов, а также среди неорганизованной массы рабочих, направленная на официальное признание профсоюзов и политических организаций рабочих. Защита закона о восьмичасовом рабочем дне, контроль над предприятиями, равенство в оплате труда египетских и иностранных рабочих, занятых в одной профессии. Создание производственных и сбытовых кооперативных обществ, разработка рабочего законодательства, защищающего права пострадавших на производстве, больных и безработных.

4) Отмена государственного долга, эксплуатируемого колониальными силами и, в первую очередь, Францией и Великобританией для укрепления экономического закабаления египетского народа.

5) Отмена капитуляций для иностранцев, являющихся позорным пятном для Египта и катастрофой для египетского народа.

6) Выдвижение кандидатов в парламент, основы которого эти депутаты будут подрывать, укрепляя действующую там оппозицию.

7) Введение обязательного образования для мальчиков и девочек, бесплатного для бедняков, а также реформа нынешних образовательных программ и всесторонняя борьба с неграмотностью.

8) Женщины пользуются всеми политическими, социальными и экономическими правами.

9) Отделение государства от всех религиозных воззрений при гарантии свободы вероисповедания и совершения религиозных обрядов.

10) Свобода собраний, печати, слова. Освобождение политических заключенных.
Крестьянская программа
Миллионы крестьян Египта подвергаются жестокой эксплуатации со стороны иностранного капитала и национальных землевладельцев. Почти половина обрабатываемой земли в Египте принадлежит двенадцати тысячам владельцам, которые вершат судьбами миллионов бедных крестьян, делая их еще более обездоленными. Египетская коммунистическая партия в своем подходе к крестьянскому вопросу не удовлетворяется лишь провозглашением коммунистического лозунга «земля тому, кто ее обрабатывает», а выдвигает четкую программу решения этого вопроса, опирающуюся на программы других сельскохозяйственных стран, а также на опыт русской революции и исходящую из официальных данных египетской статистики. Этой программой является:

1) Ликвидация системы хуторской собственности16, которая практически не отличается от феодальной собственности.

2) Ликвидация долгов крестьян, владеющих менее чем тридцатью федданами.

3) Освобождение крестьян, владеющих менее чем десятью федданами от налогов помещикам.

4) Экспроприация всей земельной собственности, превышающей сто федданов, а также распределение избыточной земли среди безземельных крестьян в интересах создания народных ферм.

5) Создание кооперативных банков для мелких крестьян.

6) Организация советов бедных крестьян, с помощью которых, если к тому представится возможность, появится вероятность их подъема на забастовку или захвата земли, которая будет использоваться в их интересах.

Программа Египетской коммунистической партии утверждена на съезде, состоявшемся 2 января 1923 г.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА:


  1. Арабские страны в 1880-е – начале 1900-х годов. – История Востока. Т. IV. Восток в новое время (конец XVIII – начало XX в.). Кн. 1. М., 2004

  2. Ас-Саид Р. Тарих аль-харака аль-иштиракийя фи Мыср (История социалистического движения в Египте). 1900-1925. Бейрут, 1975

  3. Бюллетень № 20 от 29 ноября 1922 г. IV конгресса Коммунистического Интернационала. М., 1922

  4. Геллер Л.Н. Профсоюзы на Востоке. Доклад II Международному конгрессу Красного Интернационала профсоюзов. М., 1923

  5. Еремеев Д.Е., Мейер М.С. История Турции в средние века и новое время. М., 1992

  6. Косач Г.Г. Красный флаг над Ближним Востоком? Компартии Египта, Палестины Сирии и Ливана в 20-30-е годы. М., 2001

  7. Косач Г.Г.Арабский национализм или арабские национализмы: доктрина, этноним, варианты дискурса. – В.А. Тишков, В.А. Шнирельман (отв. редакторы). Национализм в мировой истории. М., 2007

  8. Кошелев В.С. От Ораби-паши до Саада Заглула. 1879-1924. М., 1987

  9. Наши силы. – Красный Интернационал профсоюзом. М., 1921, № 11

  10. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 85. Д. 6

  11. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 85. Д. 10

  12. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 85. Д. 12

  13. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 85. Д. 37

  14. РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 85. Д. 73

  15. РГАСПИ. Ф. 534. Оп. 1. Д. 20

  16. РГАСПИ. Ф. 539. Оп. 3. Д. 630

  17. Сейранян Б.Г. Эволюция социальной структуры стран Арабского Востока. М., 1991

  18. Correspondances Internationales, 1922, N 41

  19. Correspodances Internationales, 1924, N 26

  20. Correspodances Internationales, 1924, N 78

  21. Correspondances Internationales, 1924, N 102

  22. Couland J. Regards sur l’histoire syndicale et ouvrière égyptienne (1899-1952). – Galissot R. (Ed.). Mouvement ouvrier, communism et nationalisms dans le monde arabe. Cahiers du movement social N 3. P., 1978

ЮЛИЯ САВОСИНА
К ВОПРОСУ О ВЗАИМОСВЯЗИ

ПОЛИТИЧЕСКИХ И ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ АНГЛИЕЙ И СССР В НАЧАЛЕ 20-Х ГГ. XX ВЕКА
В начале 20-х гг. XX века Англия была явным лидером не только европейской, но и мировой политики. Главной задачей Британской дипломатии было предотвращение возникновения в Европе центра с более мощным потенциалом, чем у Англии. К таким странам Лондон относил Германию и Россию.

  После капитуляции 1919 году по Версальскому договору, Германия была низведена до одной из слабейших стран в Европе. Ей запретили иметь большую армию, развивать современные виды вооружений и пр. Таким образом, всё своё внимание Лондон переключил на Советскую Россию.

  Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж в 1919 году отмечал: «Будущее Британской империи может зависеть от того, как будет развиваться ситуация в России, и лично я не могу хладнокровно думать о могучей и единой России со 130-миллионным населением»[6, с. 123].

  Именно поэтому Англия стремилась сформировать антисоветский фронт с целью осуществления военной интервенции.

  В большевистской идеологии все страны капиталистического мира рассматривались лишь как «враждебное капиталистическое окружение». И для капиталистического мира Советская Россия была враждебным государством, опасным хотя бы уже тем, что являлась примером для европейских рабочих [4, c. 117]. К этому можно добавить ещё ряд политических причин, подталкивающих западные страны к непримиримой борьбе с Советами:

  • стремление Советской России к развязыванию «мировой революции»;

  • национализация иностранной собственности;

  • отказ Советской власти признавать царские долги;

  • нарушение обязательств перед Антантой в I Мировой войне.

  Но если политические предпосылки делали обе стороны однозначно враждебными друг другу, экономические интересы заставляли искать компромиссы.

  В Москве, с одной стороны, были заинтересованы в обострении европейского экономического кризиса, подталкивающего к революционным движениям. С другой стороны, Советское руководство отлично понимало, что обороноспособность страны зависит от успеха планов индустриализации, для чего необходимы были массовые закупки промышленных товаров в Европе [10, c. 232].

  Запад оказался перед похожим противоречием.

  В период иностранной военной интервенции ка­питалистических стран и экономической блокады Советской страны, осуществляемой капиталистами, англо-советская торговля переживала упадок, а экспорт из Советской стра­ны в Англию равнялся нулю. В 1921 г., со времени заключе­ния торгового соглашения между Советской Россией и Анг­лией, торговля между этими странами значительно возросла.

В 1923 г. в период, когда английские империалисты пытались повторить военно-экономическую интервенцию против СССР, английский экспорт в Советскую страну резко падает.

Установление дипломатических отношений между СССР и Англией в 1924 г. и создание более прочных политических, правовых и экономических основ взаимоот­ношений между двумя странами способствовали быстрому росту англо-советской торговли [5, c. 391]. Торговля между Англией и СССР непрерывно увеличивается вплоть до того момента, когда антисоветская политика «твердолобых» привела к рез­кому ухудшению англо-советских политических отношений и разрыву дипломатических отношений между Великобри­танией и Советской страной.

Следует отметить, что, в начале 20-х гг. XX в. экспорт Англии в СССР превышал советский экспорт в Англию почти на 10 млн. фунтов стерлингов. Торговый баланс был в пользу Англии, что в корне опровергает тезис английской реакции о невы­годности англо-советской торговли для Англии, о том, что торговый договор между СССР и Англией имеет «гораздо большую ценность для России, чем для Англии». Нормаль­ные отношения были необходимыми для обеих сторон.

Торговля с СССР имела для Англии крупное преимуще­ство по сравнению с торговлей с другими капиталистиче­скими странами, например с США. Советский Союз нуждался в промышленном оборудовании, Англия - в сырье и про­довольствии. Наоборот, США не нуждались в ввозе сельско­хозяйственных продуктов из СССР. Кроме того, себестои­мость продукции в СССР была ниже капиталистической, поскольку в стоимость производства, например зерна, не входит земельная рента. В рассматриваемый период стоимость производства зерна в Советском Союзе на 25-30% была дешевле, чем в капиталистических странах. В экспортной торговле СССР отсутствовала накидка на хлеб­ные цены, которую делают частные торговцы. Наконец, транспортные расходы Советского Союза на поставку зерна и других товаров в Англию были значительно меньшими, чем расходы США, в силу большей близости Советской страны к английскому потребителю [4, c. 128]. Все эти и другие факторы давали возможность продавать советские товары на английском рынке дешевле других стран, создавали более благоприятные возможности для англо-советской торговли.

В 1925—1926 гг. торговля Англии с Советским Союзом превосходила ее торговлю с Китаем, была в 2 раза больше торговли с Бразилией и Японией, а также превышала ее торговлю с Италией и другими странами.

Импорт в СССР из Англии и других стран определялся потребностями её промышленности и сельского хозяй­ства.

Благодаря монополии внешней торговли, обеспечивав­шей концентрацию всех советских заказов в руках неболь­шого количества торговых представительств, СССР был способен выступать на рынках Европы и особенно Англии как крупный, а зачастую и как крупнейший покупатель и продавец.

Получение советских заказов и сырья, вывоз оборудо­вания для промышленности Советского Союза могли уси­лить загрузку машиностроительных, угольных, металлур­гических, текстильных, химических и других предприятий Англии, работавших в то время на 60-80% своей мощности.

Развитие англо-советской торговли повело бы к смягчению торгового кризиса в Англии, промышленной депрессии в стране, уменьшило бы безработицу. Наоборот, расторжение Англией торгового соглашения с СССР и разрыв дипломатических отношений привели бы к потере сбыта английских товаров в советскую страну.

Таким образом, укрепление экономического, а, следова­тельно, и политического сотрудничества между СССР и Англией было настоятельно необходимо не только Советскому Союзу, но не в меньшей степени и Англии. В англий­ском парламенте, в прессе, на митингах и собраниях - по всей Англии развертывалась ожесточенная борьба между сторонниками нормализации экономических и политиче­ских взаимоотношений между СССР и Великобританией и сторонниками изоляции Советской страны.

Враждебное отношение консервативного правительства Англии являлось основным препят­ствием к развитию советско-английской торговли, поскольку оно нарушало ту уверенность, которая была необходима для длительных экономических связей.

Так, в одной из своих очередных речей У. Черчилль при­зывал английских промышленников и торговцев не торго­вать с Россией, пугая их тем, что они якобы потеряют там свои деньги и товары и английское правительство не сможет оказать им помощи. Текст речи, как признал позднее Ст. Болдуин, был вы­ражением взглядов английского кабинета [8, c. 76]. Однако, многие представители торгово-промышленной буржуазии Англии, представители отраслей промышленности, работающей на экспорт, и выражавшие их взгляды некоторые деятели в лейбористской и либеральной партиях выступали за рас­ширение торговли с СССР, за использование русских рынков, за улучшение политических отношений между двумя странами. Отражением их взглядов явилось выступление английского дельца Е. Уайза, занимавшего пост экономи­ческого советника Центросоюза в Англии и прекрасно знав­шего выгоды от торговли с СССР. Уайз указывал, что «бри­танская торговля с Россией растет быстрее, чем с любой европейской страной».

Уайз отмечал, что разрыв торговли между двумя странами нанес бы большой ущерб английской торговле, так как Россия начнет сбывать свои товары в другие страны. Англия же будет вынуждена покупать русское сырье и продукты питания через континентальные фирмы, пере­плачивая им значительные суммы [3, c. 284].

Экономическая необходимость, стремление получить мак­симальные прибыли от торговли с Советской страной за­ставили часть дельцов Сити выступать за усиление эко­номических связей с СССР. Заинтересованность торгово-промышленных кругов Англии в экономических связях с Советским Союзом была настолько велика, что и в рядах консервативной партии не было единства в отношении политики к Советской стране. Об этом свидетельствует заявление консервативных членов парламента Фрэнка Нель­сона, Роберта Бутби, подполковника Т. Мура и других, посетивших в апреле - мае 1926 г. СССР [9, c. 234]. Их заявление было помещено в июле этого же года во всей английской прессе.

Авторы меморандума вынуждены были под воздействием фактов отметить серьезные достижения СССР в экономи­ческой и политической областях. Их свиде­тельство было особенно важно потому, что они являлись депутатами парламента от консервативной партии, многие члены которой были настроены против мирных отношений с Советской страной.

Резюмируя выводы о результатах своей поездки, члены делегации настоятельно рекомендовали англий­скому правительству: расширить торговлю между Англией и СССР; обеспечить между СССР и Англией «дипломати­ческое и торговое соглашение, удовлетворительное для обеих сторон».

Для увеличения торговли с СССР, заинтересованные английские промышленники и торговцы должны были стремиться к упрочению нормальных дипло­матических отношений с Советской страной, предоставлять ей долгосрочные кредиты и займы, давать различные тор­говые льготы и поощрения. Чем меньше кредитов и льгот получали советские организации в Англии, тем менее устой­чиво было их положение в деловых кругах. Советская экономика могла обойтись и без иностранных займов, но при получении займов и долгосрочных кредитов из-за гра­ницы она могла развиваться быстрее. И те страны, которые давали СССР кредиты на более длительный срок и на более выгодных условиях, успешнее торговали с ним.

Некоторые лейбористские и либеральные члены парла­мента выражали серьезное беспокойство в связи с растущей германской и американской конкуренцией на советских рынках, умением Германии и США приспосабливаться к потребностям русского рынка.

Так, 9 июня 1926 г. депутат Торн задал министру тор­говли вопрос, обеспокоен ли он ростом торговли Герма­нии с Россией и не следует ли предоставить Советскому Союзу торговые льготы для более успешной торговли? Отвечавший на вопрос заместитель министра иностранных дел Макнейл по существу уклонился от ответа. Позднее лейбористский депутат Персель спросил премьер-министра относительно германского кредита Советскому Союзу в сумме 15 млн. фунтов стерлингов, который немецкие бизнесмены предоставили для «развития германской экспорт­ной торговли с Россией». Персель подчеркнул, что этот кредит даст германским промышленникам преимущества перед английскими промышленниками и экспортерами. «Намерено ли английское правительство, - спрашивал Персель, - предпринять какие-либо шаги, чтобы помочь англий­ским фирмам, которые в настоящее время торгуют или на­мерены торговать с Россией?». Отвечавший за премьер-министра Самуэль подтвердил, что английские промышленники и торговцы льгот от пра­вительства не получат и пусть торгуют с Россией на свой страх и риск. 7 июля 1926 г. депутат Б. Смит обратил внимание министра торговли на то, что ввиду разрыва пере­говоров с фирмами Ланкашира русский текстильный син­дикат решил разместить свои заказы в Германии. «Нельзя ли сохранить эти заказы для Англии, распространив «за­кон о торговых льготах» на русско-британскую торговлю». Самуэль, отвечавший от имени правительства, снова дал отрицательный ответ, несмотря на то что «Федерация ткацких фабрикантов» незадолго перед этим постановила временно прекратить работу всех текстильных фабрик Ланкашира из-за депрессии в текстильной промышлен­ности. В это время текстильный синдикат СССР готов был разместить в Англии заказы на сумму в 14 500 тыс. фунтов стерлингов, что могло значительно улучшить поло­жение во всей ее текстильной промышленности. В августе 1926 г. депутат Дж. Хадсон вновь спросил министра тор­говли, намерено ли английское правительство распростра­нить экспортные льготы на СССР в связи с приездом за­купочной комиссии Советского правительства в Англию. Самуэль опять ответил отрицательно [3, c. 329].

Следует отметить, что консервативное правительство Англии в начале 20-х гг. XX в. вопреки реальным выгодам, извлекаемым английскими деловыми кругами из торговли с СССР, выступало против нормализации экономических и политических связей с советской страной, возлагая свои надежды на успех экономической и военной интервенции против него.

Готовясь к военной интервенции против Страны Советов, английские консерваторы применяли и другие методы борьбы с СССР, в частности экономическую интервенцию, экономическое окружение, замаскированную блокаду [8, c. 157]. Если наиболее агрессивная военно-реакционная клика в Англии и ее представители Черчилль, Биркенхед, Дж. Хикс счи­тали в это время решающими средствами борьбы с Совет­ской страной военную интервенцию, ратовали за полный разрыв с СССР, то часть членов кабинета Ст. Болдуина и другие английские политики выступали за экономические средства борьбы, за методы финансового закабаления Со­ветской страны, пока не началась военная интервенция против Советского Союза. Экономическая интервенция про­тив СССР, по мысли последних, должна была осуществлять­ся путем финансовой блокады, отказа в иностранных кредитах, а также уплаты долгов. О такой попытке повторения экономиче­ской интервенции против СССР говорилось в специально выпущенном манифесте «Ассоциации британских креди­торов в России», в котором содержались «12 доводов против предоставления кредита Советскому правительству» - 12 пунктов, направленных на экономическую блокаду Совет­ской страны.

К концу 1926г. консервативное правительство Англии с удвоенной энергией продолжало вести подготовку к разрыву отношений с СССР, к развязыванию против него интервенции.

Таким образом, к вопросу о взаимосвязи политических и экономических отношений между Англией и СССР в начале 20-х гг. XX века не следует относиться однозначно.

С одной стороны, нужно отметить миролюбивую экономическую политику СССР. С другой стороны, не следует забывать, что правительство Великобритании справедливо опасалось роста влияния социалистического строя на рабочих Англии.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА:


  1. Архив внешней политики Российской Федерации (АВПРФ). – Ф.69, оп. 14.

  2. Виноградов К.Б. Дэвид Ллойд-Джордж. – М.: Мысль, 1970. – 416 с.

  3. Волков Ф.Д. Англо-советские отношения 1924-1929 гг. – М.: Политиздат, 1958. – 464 с.

  4. История международных отношений и внешней политики СССР / под ред. проф. И.А. Кирилина. Т. I (1917-1945 гг.). – М.: Межд. отнош., 1976. – 416 с.

  5. Лёмин И.Н. Внешняя политика Великобритании от Версаля до Локарно 1919-1925 гг. – М.: Политиздат, 1947. – 488 с.

  6. Ллойд-Джордж Д. Правда о мирных договорах. Пер. с английского / под ред. В.Г. Трухановского. Т. I. – М.: Иностр. лит., 1957. – 655 с.

  7. Малафеев К.А. Международные отношения и дипломатия капиталистических держав в Европе в 1924-1936 гг. – Рязань: Рязанск. ГПИ., 1988. – 86 с.

  8. Никонова С.В. Антисоветская внешняя политика английских консерваторов 1924-1927 гг. – М.: Межд. отнош., 1963. – 244 с.

  9. Трухановский В.Г. Внешняя политика Великобритании на первом этапе общего кризиса капитализма 1918-1939 гг. – М.: Мысль, 1962. – 411 с.

  10. Шишкин В.А. Власть. Политика. Экономика: Послереволюционная Россия 1917-1928 гг. – СПб.: Дмитрий Буланин, 1997. – 399 с.


АНТОН ШАНДРА
ВЗГЛЯДЫ БРИТАНСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ

НА ПРОБЛЕМУ АРАБО-ЕВРЕЙСКОЙ КОНФРОНТАЦИИ

В ПАЛЕСТИНЕ В НАЧАЛЕ 1920-Х ГОДОВ
Характеризуя причины обострения противоречий между арабами и евреями в Палестине в 1920-е-1930-е годы и возникновения хронического ближневосточного конфликта, следует обратить внимание на оценки уровня конфликтогенности, выставленных британскими правящими кругами. Великобритания, как держава-победитель I мировой войны, изначально принимала на себя обязательства по контролю над ситуацией в стране, вырабатывала основные механизмы управления и была ответственна за последующее развитие Святой Земли. В этой связи необходимо указать на повышенное значение не столько конкретно проводимой политики, сколько на составляющие её идейно-теоретические начала, по сути, содержащиеся в подходах и взглядах представителей политической элиты.

Следует указать на то обстоятельство, что темы, связанные с поиском путей развития Британской империи в целом и политики в отдельных регионах мира, после завершения Первой мировой войны получили особую популярность. Победа в мировой войне стала главным посылом в построении основополагающих концептуальных, а порой и доктринальных положений. В этом плане целесообразно указать на усиление таких компонентов имперской идеи как: исключительность пути развития империи, наличие особой цивилизаторской миссии Великобритании на периферии мира, получение права на переустройство мира с точки зрения национального интереса. На наш взгляд указанные мотивы и предопределили специфику оценок выставляемых развитию арабо-еврейских отношений в Палестине.

А. Бальфур, определяя развитие взаимоотношений между арабами и евреями в Палестине, выступил убеждённым сторонником «цивилизаторской миссии» сионистской организации. Данное положение дел, согласно его концепции, автоматически исключит возможности для начала этноконфессионального конфликта. А. Бальфур полагал, что еврейская иммиграция будет способствовать экономическому и техническому развитию Палестины, процветанию двуединого государства [9, p.94-97].

Впрочем, обострение вопроса о статусе Палестины на Парижской мирной конференции подвигло А. Бальфура к следующему заявление: «сионизм, справедлив он или нет, хорош или плох, коренящийся в очень давней традиции, в нуждах сегодняшнего дня, в надеждах будущего, имеет более серьёзное значение, чем желания и предубеждения семисот тысяч арабов, населяющих Палестину» [4, p.340-349].

Д. Ллойд-Джордж исключал возможность арабо-еврейской конфронтации, указав на соблюдение Великобританией прав арабских народов и чёткое осознание целей политики сионистской организации. Основной аргумент, приводившийся Д. Ллойд-Джорджем, сводился к уверенности в осознанности проводимой политики, в её устойчивости и планомерности. Постоянные контакты Великобритании с мусульманами с одной стороны и иудеями с другой порождали уверенность в том, что Палестина под британским контролем способна развиваться как страна двух наций, без ущемления прав какой-либо из них [13, c.304]. Во многом такой подход может расцениваться как признание премьер-министром политической целесообразности публикации Декларации Бальфура.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Похожие:

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИнститут непрерывного образования центр евразийских и международных исследований
Геополитика и экономическая динамика Евразии: история, современность, перспективы: материалы II евразийского научного форума (1-3...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconРоссийская Академия Наук институт международных экономических и политических...
Работа включена в план приоритетных исследований имэпи ран на 2004-2006 гг. (Тема 2)

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИтоговое заявление участников Четвертого российско-абхазского делового форума
Республики Абхазия г. Сухум состоялся Четвертый российско-абхазский деловой форум «Россия и Абхазия: достижения межрегионального...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconСтратегия кнр в интеграционных процессах в атр
Работа выполнена в Центре евразийских исследований фгоу впо «Дипломатическая академия мид россии»

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconБалтабаева Мээрим Талантовна
Кыргызский Экономический Университет, Институт Непрерывного Открытого Образования, «Экономика и управление на предприятии»

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconКонференции «Российское образование в зеркале международных сравнительных...
Международная конференция «Российское образование в зеркале международных сравнительных исследований» проводилась по инициативе Российской...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconИнститут международных экономических и политических исследований
Механизмы интеграции инвестиций при переходе на инновационный путь развития экономики россии

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconКонцепция развития системы непрерывного образования в Российской...
Сфера непрерывного образования совокупность нормативных актов, образовательных программ и модулей, учебных заведений и организаций,...

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconМеждународных отношений (университет) мид россии центр постсоветских исследований
Россия, г. Москва, 119454, пр. Вернадского 76. Tel.: (7-495) 434-8622; 434-9163, fax: (7-495) 434-2044

Институт непрерывного образования центр евразийских и международных исследований iconЦентр Стратегических Исследований при Президенте Азербайджанской Республики
Институт Востоковедения им акад. З. М. Буниятова нана, Совет молодых ученых ив ран, Министерство Молодежи и Спорта Азербайджанской...






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную