Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи






НазваниеНепомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи
страница14/54
Дата публикации16.07.2015
Размер4.21 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > История > Документы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   54
НОЧЬ ШПИОНОВ


В аэропорту одной европейской страны, в то самое время, когда большинство работников таможни спит и видит сны, зазвонил телефон. Чей то настойчивый голос потребовал, чтобы ему дали поговорить с начальником таможенной службы. Хотя голос звучал глуховато, но в нем слышались вполне официальные нотки. Во всяком случае, ссылки были соответствующие: на министерство такое то, секретаря того то и даже на приказ самого главного, всем известного начальника!

— Самолет из Цюриха, рейс тысяча двадцать седьмой, приземлится у вас в один час ноль четыре минуты. Правильно?

— Правильно.

— У вас есть список пассажиров?

— Да…конечно.

— Там у вас должна значиться госпожа В., транзитный пассажир в Швецию. Речь идет о жене военного атташе из нашего министерства. У нас есть следующий приказ относительно нее: даму надо тщательнейшим образом обыскать. Подозревается, что она везет при себе документы исключительной важности. Дело серьезное. Речь идет о безопасности государства. Но вы должны быть крайне осторожны. Сделать все основательно, но тактично! Министерство на вас полагается. Я надеюсь, что вы возьмете это дело под свой личный контроль.

Начальник таможни аэропорта встал прямо, как на параде, и с самым серьезным выражением лица положил трубку на рычаг. И к тому времени, когда самолет из Цюриха  рейс тысяча двадцать семь — с завывающими турбинами садился на ближайшую полосу, вся местная таможенная служба была готова устроить госпоже Б. веселенькую ночь.

Госпожа Б. с любой, точки зрения была дамой значительной. Достоинство и властность. А что еще нужно в наше время для настоящей шпионки? Известно ведь, что шпионы выглядят точно так же, как мы с вами. Они бывают высокие и низкорослые, тонкие и толстые, самые настоящие волки в овечьей шкуре. Госпожа Б. как нельзя лучше подходила для роли шпионки.

Глава таможенной службы наблюдал в полевой бинокль из окна своего бюро, как к самолету подогнали трап, и был просто поражен, с каким независимым, небрежным видом ведет себя предположительная Мата Хари. Настоящая гранддама пятидесяти с небольшим лет в меховой шубе. В одной руке она несла маленькую собачку, а в другой косметичку и шествовала по залу для транзитных пассажиров как кинозвезда, С этого момента она, сама того не подозревая, уже была в западне. Прошло всего несколько минут, как к ней подошла миловидная стюардесса и обратилась тем правильным, поставленным голосом, каким в аэропортах всего мира стюардессы встречают или напутствуют пассажиров:

— Извините, пожалуйста, уважаемая госпожа. Но ваш самолет сможет вылететь только через пару часов. У нас возникла маленькая техническая проблема. Ничего серьезного, но на проверку всего уйдет некоторое время. Не будете ли вы так любезны дать мне ваш багажный талон, чтобы мы перенесли ваши вещи. Наша компания сделает все, чтобы вы как можно скорее — и само собой в первую очередь — получили место в другом самолете. Но это не очень легко, ведь все места забронированы заранее!

Госпожа Б., с одной стороны, была недовольна задержкой, но с другой — почувствовала себя польщенной подобным вежливым и дружелюбным обращением. Пусть другие пассажиры видят, как она станет вести себя в такой ситуации. Конечно, принимая во внимание ее общественное положение, ничего удивительного в подобном обхождении нет, тем более что она, госпожа Б., верный клиент этой авиалинии и регулярно совершает рейсы ее самолетами. Ее дети живут в Швеции, и она часто их навещает. Персонал аэропорта (;е знает. Поэтому она без промедления достала свой багажный талон и проследовала в зал ожидания для важных персон. Стюард принес ей чашечку чаю.

Между тем на ее багаж, словно стая саранчи, набросились таможенники и перетрясли все вещи с потрясающей аккуратностью. Но — ничего. Никакого двойного дна, никаких микропленок в тюбике для зубной пасты. Чемодан выглядел совершенно невинно. Было ясно, что дело принимает серьезный оборот. Глава службы решил прибегнуть к помощи двух таможенниц., специалисток по обыску. И пока он объяснял своим коллегам их задачу, госпожа Б. в зале ожидания начала проявлять нетерпение. Она встала, подошла к стюарду и шепотом — а в таких случаях все ламы переходят на шепот — сказала:

— Мне нужно освежиться. Вы не подскажете, где здесь туалет?

Черт возьми! Об этом стюарду — а он, конечно, был работником секретной службы — ничего не говорили. На какой то момент он застыл в нерешительности. Что же делать? У него есть приказ не спускать с госпожи Б. глаз ни на секунду. А трюк с туалетом известный, классический. Одну минуточку, уважаемая госпожа, и я буду к вашим услугам. Туалеты и комнаты для отдыха находятся в зале прилета. Лучше всего я вас сам туда провожу.

Он еще позвонил — незаметно — начальству и попросил подкрепления. Он должен быть уверен, что никто во время краткого «затворничества» дамы не будет иметь с ней контакта и при этом надо, чтобы она ничего не заподозрила. Скрытность и эффективность — вот их девиз. Малейшая оплошность — и весь материал уйдет! Или, что еще хуже, выяснится, что никакого «материала» вообще не существует — никаких документов или микрофильмов. Тогда получится большой межведомственный и международный скандал, такой, что ой ой ой.

Госпожа Б. весьма терпеливо ждала, пока ее не проводили в то место, куда она так стремилась. Перед дамским туалетом она передала свою собачку на руки стюарду — переодетому агенту, дружески его поблагодарила и скрылась за дверью. Она не обратила ни малейшего внимания на другую даму, которая подкрашивала губы перед зеркалом, прошла дальше и, убедившись, что все кабинки, кроме одной, уже заняты, закрылась в этой единственной свободной. Прошло значительное время. Стюард только смотрел, чтобы никто не заходил или не выходил. И вот его миссия была завершена.

Госпожа Б. приняла на руки свою собачку, поблагодарила и деликатно дала понять своему вежливому провожатому, что нашла здешнее заведение в состоянии, в котором ему вовсе не полагалось бы быть, — замечание, которое сделал бы любой благородный клиент соответствующему учреждению на ее месте, имей он для этого возможность.

Когда госпожа Б. опять заняла свое место в зале ожидания для важных персон, то она обнаружила перед собой ту же самую стюардессу, но на этот раз в сопровождении бодрящегося, но явно стыдящегося своей роли служащего таможни в форме:

— Вот, уважаемая госпожа… сейчас… понимаете ли… так… нам очень, очень жаль, но мы вынуждены вас просить пройти досмотр вещей и… личный досмотр.

Какое лицемерие! Госпожа Б. вскочила. Личный досмотр? И зачем? Да это же смешно!

Ей было объяснено, что приказ есть приказ. Остальным пассажирам пришлось пройти аналогичную процедуру. И ни один из них не возражал, а теперь никто не станет делать исключений для госпожи Б. и т.д.

Явно раздосадованная, но все еще сохраняющая самообладание, госпожа Б. покорилась своей судьбе. И вскоре оказалась в таможенном бюро перед двумя атлетически сложенными служительницами, которые попросили, чтобы она сняла с себя всю одежду и позволила бы ее осмотреть.

— Но это совершенно нелепо! Вы же знаете, кто я такая. Ну ладно, пожалуйста, делайте свою работу. Но знайте, что все это — невероятная наглость!

Дальнейшие события этой цочи — весьма деликатная тема, к которой надо подступать с осторожностью. В конце концов госпожа Б. осталась стоять посреди таможенного бюро в костюме праматери Евы. Ее одежда была тщательно осмотрена — но без результата. Да, но ведь служительницы таможни должны осмотреть и саму даму — лично! Спереди, извините, — ничего неот бычного. Сбоку — все в порядке. Но вот сзади!

— Вот… здесь… посмотрите здесь! Вы только взгляните… — залепетала совершенно смущенная помощница и кликнула свою начальницу. — Что такое? Немедленно отвечайте! Госпожа Б. вся покраснела от стыда и была близка к обмороку.

Да, что же там такое? А то, что на ягодицах достопочтенной госпожи Б. явственно видны буквы, на первый взгляд совершенно нечитаемые. Начальница подносит поближе лампу, берет даже лупу, но все никак не может уловить хоть какой нибудь смысл в этих иероглифах. Но в любом случае ясно, что ТАМ — некое сообщение, зашифрованный текст. Ведь буквы написаны явно в зеркальном отражении! Вот где скрывался «материал»!

— Может быть, вы наконец соблаговолите сообщить, что вас так заинтересовало на моих ягодицах? Это выходит за рамки допустимого! Вы закончили со своим обыском?

— Мы просим у вас прощения, уважаемая госпожа, но здесь, здесь «материал»… какой то документ! — Что? Материал! Документ! Вы все с ума сошли! Глава таможенной службы, который был вызван уже через мгновение, поскреб макушку. Подобное озадачивает: «Это просто невероятно!» Как такое возможно? Госпожа Б. — все таки шпионка! И она придумала гениальный метод, просто шикарный.' Прекрасно зная, что при ее высоком положении в обществе никто не осмелится… она отпечатала сообщение на самой интимной части тела.

Он схватил телефон, позвонил своему начальству, оно — своему и так далее, пока наконец голос самого высокого лица не приказал: «Сфотографируйте тело преступницы! Я хочу, чтобы было сделано увеличение!

И свяжитесь с шефом отдела дешифровки. Все это должно делаться скрытно, вы понимаете! И подержите эту даму для меня тепленькой! Из того, что найдено, не должна пропасть ни одна буква. И сделайте это половчее. Пусть она лежит на животе и не шевелится. Отправьте также на анализ чернила, ясно? Покажите, на что вы способны. И немедленно пришлите мне отчет по этому делу. Я надеюсь, вы понимаете, что это значит!» И вот в течение долгих часов госпожа Б., несмотря на ее крики и протесты, подвергалась худшему из возможных унижений. Ее фотографировали, исследовали при помощи микроскопа, ее увеличивали в цвете и черно белом изображении и даже просвечивали инфракрасными лучами. Наконец, когда с ее ягодиц получили все возможное, изображение было размножено, и по телетайпу отправлено в отделы дешифровки сразу нескольких ведомств. Но — все никуда не годится.

— Совершенно ни к черту! Сделайте еще увеличение, каждой части отдельно, и еще — картинку почетче! — командовал шеф.

Что, черт возьми, могут означать эти иероглифы? Промышленные секреты? Может быть, здесь изложены данные по конструкции нового двигателя? Или тайный военный отчет НАТО? А может быть, речь даже идет о списке шпионов и их прикрытий? Да вдобавок с фотографиями!

Понадобилось участие всех секретных сотрудников. Супруга госпожи Б. разбудили и препроводили к министру, которого тоже подняли посреди ночи с постели. Ночь для всех участников прошла в большом напряжении: тайные сведения, телефонные переговоры )ерез всю Европу, приказы и еще приказы. Между тем несчастная госпожа Б., окончательно униженная, на грани обморока, в который раз пересказывала свою версию событий:

— Да поверьте мне, наконец! Здешние туалеты ужасно грязные, я даже пожаловалась на это стюарду. Мне было настолько противно, что я положила на унитаз газету, перед тем как сесть. Вероятно, номер был только что напечатан и краска перешла мне на кожу. Вы сами можете это проверить. Это была «Трибюн де Женев». Я оставила ее там!

Но, увы, уборщицы первой смены уже приступили к работе, и по крайней мере основную работу они сделали. Никто не верил госпоже Б. И она оставалась лежать распростертой на животе, пока размноженные фотографии ее ягодиц подвергались анализу во всех возможных инстанциях. Шутка получилась довольно скверная.

Прошло несколько часов, прежде чем работник отдела дешифровки не принес высокому начальству свой отчет. Уже на заре министр.наконец смог ознакомиться с материалами по самому громкому шпионскому делу нашего времени. Перед ним легла папка со всей шпионской информацией, и он прочел: статью о кантональных выборах в Швейцарии, прогноз погоды, список некой футбольной команды с приложением фотографий, а также сообщение о конкурсе рыболовов спортивного общества «Веселый женевец». Все это была первая полоса «Трибюн де Женев» с изрядно стершимся текстом, в зеркальном отражении и напечатанная — в цвете — на ягодицах одной достойной дамы. Невероятно секретный документ!


РАДИО В ГОЛОВЕ


28 февраля 1937 года, двадцать часов. Леон Бувре в, первый раз спрашивает себя, уж не сходит ли он с ума. Только что он вполне мирно сидел со своей женой за столом и ужинал, и, как всегда, они вместе слушали радио. Они жили в пятнадцатом квартале Парижа. До сих пор все было нормально. Ничего необычного. В течение десяти минут они почти с религиозным рвением слушали передачу о певце Тино Росси. И вдруг начался этот странный разговор между месье и мадам Бувре.

Мадам Бувре посмотрела на радиоприемник и зло произнесла: — Да что же это такое! Опять! Месье Бувре с удивлением поглядел на супругу: — В чем дело?

— Ты что, плохо слышишь? Приемник отключился! — Да нет, я думаю, это ты оглохла. — Да что ты говоришь! Тогда ты слышишь то, что слышать невозможно!

— Мне очень жаль, дорогая, но приемник работает совершенно нормально.

— Что? Тогда ты, должно быть, восьмое чудо света! И за несколько минут дискуссия едва не переросла в такой скандал, который мог бы привести к семейному краху. В конце концов разъяренная мадам Бувре щелкнула выключателем на приемнике:

— Ну что ты теперь скажешь? Может быть, ты попрежнему что то слышишь?

На самом деле именно в это мгновение и началась эта беспрецедентная история. Месье Бувре недоверчиво поглядел на свою жену, а потом на радио:

— Ты… 'это… это же смешно… совершенно невозможно, но я очень четко слышу программу!

Это замечание привело к тому, что обычно весьма выдержанная и спокойная мадам Бувре в гневе захлопывает за собой дверь в свою спальню. А ее муж остался сидеть над своим остывающим супом. Он, должно быть, сошел с ума, вдруг взял и сошел с ума!

Через час его жена вернулась в гостиную. Вполне спокойно она поглядела на своего окаменевшего мужа и начала медленно осознавать, что он вовсе не собирался ее разыгрывать. Стало ясно — произошло нечто неслыханное!

Месье Бувре, тридцати восьми лет, телесно и психически вполне здоровый мужчина, стал жертвой необъяснимого феномена: он слышал радиопрограммы в своей голове, а не своими ушами. И чтобы его жена ему поверила, он начал пересказывать ей слово в слово все новости, потом прогноз погоды, потом сводку с биржи, программу передач и даже песню Тино Росси «Мари нелла», которую он спел дуэтом вместе со звездой эстрады.

В два часа утра программы окончились исполнением «Марсельезы», французского гимна. Наконец то в голове совершенно запутавшегося месье Бувре воцарилась тишина. Его жена уже побаивается оставаться с ним рядом. Может быть, она вышла замуж за некое сверхъестественное существо? Но заснули они вдвоем, рядом друг с другом. Однако уже в шесть тридцать утра месье Бувре вскочил с кровати, как будто собираясь исполнить зажигательный танец. В его голове отчетливо раздался строгий голос: «Но ги в розь! Ко лени вместе! Ру ки опустите вдоль тела… и раз, и два, и три, и четыре! Теперь снова потянемся… глубокий вдох! И еще разок: но ги…» Последующие дни стали настоящей пыткой для месье Бувре. Неважно, где он находился: дома, на улице, на работе: с шести тридцати до двух утра он прослушивал всерадиопередачи в своей голове. Да, внутри! Единственное, что ему помогало, — звук затихал, когда он открывал рот. Но нельзя зевать бесконечно. Само собой разумеется, он проконсультировался с врачом, и само собой разумеется, тому нечего было сказать. И даже невропатолог психиатр ничего дельного не смог предложить. Но в конце концов, когда ничего другого ему уже не оставалось, он чисто для проформы задал первый разумный вопрос:

— А какую программу вы слышите?

Леону Бувре было весьма затруднительно нормально беседовать со специалистом по нервным заболеваниям, так как он продолжал слушать бесконечные разговоры в своей голове. И поэтому он не слишком учтивым тоном ответил:

— Чаще всего я подключаюсь к «Пост паризьен». Но это зависит от того, где я нахожусь.

— Дорогой месье Бувре, не могли бы вы объяснить это поподробней?

— Пожалуйста. Когда я, например, прохожу мимо дворца Шайо, тогда слушаю канал новостей культуры. Но недолго. Точно в тот момент, когда я сворачиваю за угол, на улицу Поля Доме, все прекращается. Черт возьми! Я ничего не имею против новостей культуры, но они мне начали слегка надоедать.

Специалист по невропатологии и психиатрии мог только безнадежно покачать головой: этот человек, сидящий у него в кабинете, явно не был симулянтом! Он кажется абсолютно нормальным. Он нс сумасшедший, хотя его положение может свести с ума любого. И дело обстоит куда как серьезно. Месье Бувре уже не может работать. Он едва ест, а о сне уж и говорить не приходится. Очень часто по ночам приходят телеграммы морзянкой, которые передает ему его внутренний приемник: это просто ад на земле!

Какой— то специалист объяснил ему на своем неподражаемом и малопонятном жаргоне, что электрические волны, излучаемые человеческим мозгом, довольно сильны и поэтому он может даже улавливать и радиоволны. Но это же чепуха!

— Тогда по крайней мере не могли бы вы посоветовать мне какой нибудь выключатель? Когда я открываю рот, то все затихает. Может быть, при этом каким то образом переключаются полюса? Я в этом ничего не смыслю. Но вы сделайте что нибудь, наконец!

И только через два месяца он получил бесценную консультацию от одного электроинженера. Тот спросил: — У вас есть вставные зубы? По крайней мере два? — Есть. Как раз два. — Они металлические?

— Да, оба из золота, один вверху, а другой внизу, точно друг напротив друга.

— Тогда все ясно! Вот оно что! — И электроикженер объяснил: — Когда две детали из одного металла или даже из разных находятся друг напротив друга и одна из частей окисляется, то возникает эффект своего рода батарейки, то есть возникает слабое электромагнитное поле. Вы понимаете?

Нет, Леон Бувре ничего не понимал. Но теперь ему это уже все равно. У него было два золотых зуба, и один из них был над пломбой. Когда он закрывал рот, то создавался диполь, своего рода мини антенна, которая оказалась достаточно мощной для того, чтобы улавливать радиопрограммы. Ведь месье Бувре жил и работал совсем неподалеку от Эйфелевой башни, а именно там установлен самый мощный во всей Франции радиопередатчик! Конечно, для того чтобы этот эффект проявился, потребовалось, чтобы сошлись вместе самые разные обстоятельства. Но, насколько невероятно это ни звучит, целых два месяца месье Бувре жил в сплошном кошмаре, пока его зубной врач, покачивая головой, не сменил ему два золотых зуба на два фарфоровых.


ОТТО, КОРОЛЬ АЛБАНСКИЙ


В начале 1913 года в Албании возникла одна поистине необычная проблема: страна остро нуждалась в короле!

Нынче профессия короля не принадлежит к той области, где часто появляются вакансии. Но Албания незадолго до этого восстала против турецкого владычества и объявила себя независимым королевством. Только, увы, так случилось, что ей не хватало короля.

Поистине забавная проблема. Однако нет ничего странного, что добрая половина человечества озаботилась поисками подходящего монарха для этой маленькой страны. В Лондоне даже была созвана специальная конференция по этому поводу, и представители западных держав чуть было не передрались, выясняя, будет ли новый властитель французом, англичанином или же немцем.

,У албанцев на этот счет было свое собственное мнение, однако никому и в голову не пришло их спросить. Албанцы хотели короля мусульманина, и, естественно, у них был на примете такой мусульманин, племянник самого константинопольского султана Халим Эддине. И что же, он принял корону? Тут тоже возникла серьезная проблема. Оказалось, что генерал Эссад Паша, временный правитель Албании, послал дипломатической почтой запрос о намерениях племянника султана. И албанцы в напряжении ждали ответа.

В это самое время один бродячий цирк разбил свои шатры в столице страны городе Тирана. Это был немецкий цирк, довольно бедноватый, но способный похвастаться двумя звездами в своей программе: клоуном Отто Витте и шпагоглотателем Максом Хофманом. Оба компаньона уже объездили всю Европу и Африку и помимо своих артистических талантов обладали еще одним замечательным свойством: оба были завзятыми мошенниками. И на этом поприще они тоже добились весьма значительных успехов.

Как и все в Тиране, Отто Витте и и Макс Хофман ежедневно читали газеты. По крайней мере проглядывали в них картинки. Надо сказать, что все тогдашние албанские газеты поместили на первой странице огромный портрет Халима Эддине, которого собирались короновать. Отто и Макс не могли поверить своим глазам: этот Халим Эддине был вылитый Отто Витте. Когда Отто с помощью краски сделал свои волосы чуть более седыми и наклеил пышные турецкие усы, из него получился абсолютный двойник племянника султана. И из этого сходства родилась одна совершенно безумная авантюра: Отто и Макс решили занять албанский трон — ни больше ни меньше.

Отто Витте, который, как оказалось, был весьма способным к языкам, всего за два месяца овладел основами албанского. Затем они заказали в Вене два оперных костюма: генеральскую форму и наряд турецкого вельможи.

Оснащенные подобным образом, оба мошенника отправились в Грецию, в город Салоники, и ступили на борт корабля, только что прибывшего из Турции. Тем временем их сообщник в Константинополе дал телеграмму на адрес албанского правительства: «Принц Халим Эддине отплыл в Албанию».

Неописуемая радость воцарилась в стране. Наконец то свершилось! 10 августа 1913 года народ вышел встречать долгожданного повелителя.

В этот день в порту Дурес собралась невиданная толпа, и оба прибывших клоуна основательно перетрусили. Впрочем, делать им ничего не оставалось и отступать было некуда. И их волнение осталось никем незамеченным. Все сработало без осечки. Отто и Макс показались на трапе, и им навстречу понесся гул радостных приветствий. Был дан почетный салют, и им под ноги полетели лепестки роз…

А как он выступал, этот будущий монарх! Он был очень толст, делал гигантские шаги и с достоинством нес в руке красную феску. Его седые волосы, торжественное выражение лица, импозантные усы… Само собой разумеется, на нем была форма турецкого генерала. Блистающая всеми цветами радуги лента шла поперек украшенной орденами груди. В двух шагах позади него шел турок самого респектабельного вида. Люди Указывали на его роскошные шелковые одежды и огромный тюрбан.

Едва оба мужа ступили на албанскую землю, как их приветствовал генерал Эссад Паша, временный правитель страны. Он встал на колени перед своим будущим королем. Тот почтил его жестом редкостного благородства, приказав встать с коленей, и поприветствовал «братским поцелуем».

Путь до Тираны был триумфальным. Когда королевская карета подъехала ко дворцу, обоих турецких господ попросили оказать честь и поприсутствовать на предстоящем праздничном пиру. Блюда меняли восемнадцать раз!

Когда, наконец, они оказались в своих личных покоях, то быстро выработали основные пункты своей политической программы: первым делом подобрать хороший гарем — как известно, такой гарем должен быть у каждого мусульманского монарха. Отто и Макс это знали. Во вторых, будущий король, естественно, должен был распорядиться албанскими государственными финансами.

На следующий день в главном зале королевского дворца состоялась историческая конференция. Присутствовали все важные лица страны, по списку, составленному Эссадом Пашой. Будущий правитель вышел на люди, провел тыльной стороной ладони по усам, потом погладил ленту с регалиями, а затем решительно заявил:

— Прежде всего: моя коронация состоится послезавтра! Затем: сегодня же я объявляю войну Черногории! Генерал Эссад Паша назначается главнокомандующим! В третьих: в моем гареме я не хочу видеть ни одной иностранной принцессы, а только дочерей своего народа. Они должны будут укреплять легендарную красоту албанок! И наконец, я желаю, чтобы мне как можно быстрее были переданы финансы государства, чтобы я смог каждого наградить по заслугам!

Кипучая радость собравшихся! И когда новость стала известна народу, его восторг с трудом удалось сдержать.

Объявить войну Черногорки было гениальной идеей. Уже много столетий албанцы мусульмане с трудом терпели своих соседей православных в Черногории, как это часто бывает на Балканах. Однако до сего момента албанская слабая армия не имела ни малейшего шанса победить более мощную черногорскую. Но когда сам Халим Эддине объявляет войну черногорцам, это совсем другое дело! Он, в конце концов, племянник султана. Это значит, что за ним стоит значительная военная мощь всей Турции и поэтому он непременно разобьет врага. Поистине гениально! И кроме того, как трогательно, как великодушно, что он собирается брать в свой гарем только местных девушек! Идеи Халима Эддине вызвали полное одобрение, его уже почитал и любил целый народ.

Ко дню коронации 13 августа 1913 года его уже чествовали как бога. Халим Эддине решился принять западное тронное имя: Отто Первый — жест, дипломатическое значение которого было по достоинству и благодарно отмечено иностранными наблюдателями.

После религиозной церемонии в главной мечети столицы был устроен коронационный пир — поистине царский. Достаточно сказать, что для беспримерного кутежа жарились целиком туши быков, овец и телят. Король Отто Первый и его доверенное лицо Макс Хофман обладали завидным аппетитом, что восхитило всех званых гостей. Но за всеми утехами властитель не забывал и об исполнении своих важных обязанностей.

Он выказал достойное изумления политическое чутье, когда наделил своих сановных подданных кучей денег из государственной казны. Даже солдатам его личной охраны досталось по десять золотых на человека.

Изнуренные и в не меньшей степени опьяненные, новый король и его доверенное лицо очень поздно вступили в свои покои, где их поджидал приятный сюрприз: на диванах и шелковых подушечках расселись двадцать пять прекрасных юных девушек — краснеющие кандидатки на места в королевском гареме. Если Отто Первый и его соучастник впоследствии очень хорошо помнили все дни царствования, то уж ночи они не смогли забыть никогда.

Организация королевского гарема, как дал понять Отто Первый генералу Эссаду Паше, есть первоочередное государственное дело, которому он намерен посвятить себя лично. Во всех прочих делах он целиком полагается на Эссада Пашу. Но устройство гарема — это дело государственное. Но так как претенденток было чудовищно много, то к этой важной работе был подключен и «турок» Макс ^Хофман. Он беспристрастно оценивал каждую, которую приводили для его величества. Он проверял и перепроверял каждую и только после этого выносил свое окончательное решение.

Все это казалось настоящей сказкой. Но это было на самом деле! Два дня, или, лучше сказать, сорок восемь часов подряд, чтобы не забывать про ночи, оба приятеля, клоун и шпагоглотатель, несли свою нелегкую службу, и прежде всего трудились над самыми красивыми девушками страны.

Но любой сказке приходит конец. 15 августа Эссад Паша получил телеграмму от настоящего Халима Эддине, из которой явствовало, что, насколько ему известно, племянник султана не был коронован албанской короной и что он срочно желает знать все подробности об этом фальшивом султане.

Вне себя от гнева, Эссад Паша появился в сопровождении стражи у дверей покоев Отто Первого. Но Отто Витте и Макса Хофмана, столь талантливых специалистов по переодеваниям, уже и след простыл. Одевшись в женское платье, они тайком покинули дворец. В Дуресе они без труда отыскали одного рыбака, который переправил их в Италию — с некоторой долейалбанской государственной казны в своих сумках они могли найти друзей и помощников по всему свету.

Но сокровища скоро кончились. И Отто Витте с Максом Хофманом снова пришли в цирк, один в качестве клоуна, другой — шпагоглотателя. Их так никто и не призвал к ответу. Напротив, западный мир рассматривал их «подвиг» как еще один удачный цирковой номер, и еще долгое время Отто Витте позировал для журналистов в своей поддельной униформе: в красной феске на голове, с орденами и регалиями — как Отто Первый, король Албании, в своем собственном походном фургончике, — к большому удовольствию прессы и публики.

Отто Витте умер 13 августа 1958 года, в день сорокапятилетия своей «коронации». Клоун — король — мошенник — остряк или, может быть, просто негодяй. Во всяком случае, он сильно потревожил большую европейскую политику. И своим праведным трудом на гаремной ниве на несколько человек увеличил численность албанского населения…


СПАСЕНИЕ ЮДМАЙЕРА


26 сентября 1970 года, близко к полудню. Два человека глядят на раскинувшиеся перед ними африканские джунгли с горы Кения. Их зовут Освальд Ольц и Герд Юдмайер, двадцати четырех и двадцати девяти лет. Оба — медики. Освальд Ольц работает в Цюрихе в паучком институте, а его друг Герд Юдмайер готовится к сдаче экзамена в Инсбруке по специальности. Оба австрийцы и истовые любители альпинизма.

Юдмайер и Ольц уже четыре года ходят в горы вместе. Но еще никогда им не удавалось покорить такой горы! Маунт Кения, высотой 5199 метров, с фантастическим видом сверху: особенная гора, которая поднимается из самого тропического леса прямо на экваторе и чья заснеженная вершина теряется в облаках. И они ее покорили, эту гору. Это самое большое достижение, вершина их совместной альпинистской карьеры.

Около четырнадцати часов друзья начали спуск и довольно скоро, в двадцати метрах внизу, достигли маленького выступа скалы. Освальд Ольц начал искать подходящее место в скале для того, чтобы вбить колышек безопасности. Герд Юдмайер чуть чуть склонился над выступом и стал выбирать подходящее место для спуска. Внезапно раздался пронзительный крик. Ольц вздрогнул… Юдмайер! Маленький скальный выступ, на котором стоял его товарищ, обломился. Альпинист сорвался. Руки Ольца ухватили обмотанный вокруг его тела ускользающий конец веревки. Чудом ему удалось выдержать жуткий рывок безо всякой страховки и даже зафиксировать трос, чтобы избежать дальнейшего падения вдоль по всей скальной стене.

И тогда началась самая; пожалуй, удивительная эпопея в истории альпинизма. Трос был надежно зафиксирован. Как ни тяжел и опасен был спуск, но в конце концов Ольц добрался до своего друга. Тот был жив. Слава богу! Юдмайер лежал на маленьком уступе над полем, на голове зияла кровоточащая рана, но Ольц знал, что это повреждение не слишком серьезно. Гораздо худшее он увидел на правой ноге. Открытый перелом и предположительно осколочный перелом бедренной кости. Эта рана тоже сильно кровоточила, и Ольц накрепко перевязал своего друга.

Оба были врачами. Оба прекрасно знали, насколько серьезно обстоят дела.

— Освальд, это не имеет смысла. Со мной тебе ничего не удастся.

— Чепуха. Что ты такое говоришь? Мы прекрасно справимся.

Ольц пытался подбодрить друга, но что он мог ему сказать? Сейчас гораздо важнее было что то предпринять, и как можно скорее. Положение на самом деле было очень тяжелым. Конечно, в Швейцарии или в Австрии, где ходят целые толпы опытных альпинистов, можно было использовать любой из методов спасения. Там можно было рассчитывать на быструю помощь. Но здесь, в Кении? Здесь нет даже настоящей горно спасательной службы.

Ольц стал раздумывать. Пока кто то предупредит группу скалолазов, допустим, они смогут продержаться… Но пока они подойдут, пока взберутся на гору… К тому времени Герд будет уже мертв! Он или истечет кровью, или замерзнет. Гора Кения лежит почти в пятидесяти километрах от экватора, но на высоте невыносимо холодно, особенно после захода солнца. Однако.есть еще одна возможность. Ольц должен попытаться сам позвать на помощь, достать медикаменты и собрать людей, которые смогут отнести Юдмайера вниз. Он подумало связке альпинистов из Зимбабве (тогда эта страна называлась Южной Родезией) и Америки, которые накануне их подъема из за снежной бури решили отказаться от своего намерения забраться на вершину. Вполне вероятно, что они все еще находятся в хижине, всего в семистах пятидесяти метрах ниже по склону. И он решительно объяснил своему другу, что собирается сделать.

— Это бессмысленно, ведь скоро начнет темнеть.

— Я знаю, ГерД, что это будет нелегко, но… но я должен по крайней мере попытаться! Не могу же я сидеть здесь, ничего не делая и даже не пробуя что нибудь предпринять!

— Да, конечно.

Тем временем снег начинает падать еще гуще. Ольц заворачивает своего друга в двойную меховую куртку, обертывает его поверх спальным мешком и чехлом от палатки. И оставляет ему все, что у них есть из съестного: банку консервированных фруктов. И прежде чем начать свой спуск, еще раз кладет руку на плечо друга:

— Держись, Герд. Я скоро вернусь, не падай духом! Я тебя отсюда вытащу!

Спуск был невероятно тяжел. Снег падал так густо, что Ольц едва видел на пару шагов впереди себя. В конце концов, около восемнадцати часов, когда солнце на экваторе уже садится, он достиг в полном изнеможении хижины, где, на его счастье, застал американцев и зимбабвийцев. В нескольких словах объяснил им ситуацию. Один альпинист тут же тронулся в путь к другой хижине, где, как он знал, имелся набор для оказания скорой помощи и даже радиопередатчик. Путь в темноте был чрезвычайно опасен, но зимбабвиец дошел и послал сигнал SOS в полицейский участок в деревне у подножия Кении.

Новость распространилась со скоростью молнии, и кенийский «Маунтин клаб» на месте выработал план спасения. Но, как мы помним, все происходило не в Австрии или Швейцарии, а посреди Африки. «Маунтин клаб» — это всего лишь общество любителей энтузиастов со штабквартирой в Найроби. И состоит это общество скорее из людей страстных, чем опытных, и к тому же их трудно собрать вместе. У кенийских любителей скалолазания не было ни достаточного опыта, ни снаряжения для подобной спасательной операции. Но они знали, что раненый человек не должен оставаться наверху. И они сделали все от них зависящее.

Пока спасательная служба созывала всех имеющихся поблизости скалолазов, Роберт Чамберс, президент клуба, со скудным набором первой помощи уже был у подножия горы.

В это время мужественный зимбабвиец, который послал сигнал SOS, вернулся в хижину, где Ольц в нетерпении ждал новостей. Близилось утро. Появились медикаменты и пришла добрая весть, что спасатели уже на пути к горе. Ольц снова воспрял духом и спросил собравшихся, готов ли ктонибудь из них пойти наверх к Юдмайеру, как только рассветет. И вскоре вместе с одним американцем он уже тронулся в путь.

Снег валом валил до полудня. Оба альпиниста были тяжело нагружены и вскоре устали. Кроме того, американец был скорее мужественным, чем опытным человеком. И в конце концов, потеряв время, они должны были отступить, остановившись всего за какую нибудь сотню метров от Юдмайера. Ольц рухнул на снег не в силах сделать больше ни одного шага.

Тем временем группа из восемнадцати скалолазов и двадцати носильщиков прибыла к хижине. Был уже вечер. Мистер Чамберс, президент клуба, и еще четверо альпинистов пришли первыми. У них был с собой радиопередатчик и подобие носилок, нечто вроде корзины, которую предполагали использовать для переноски раненого. И кроме того они принесли с собой хорошую новость: из Найроби к ним на помощь уже вылетел вертолет.

Вторая ночь прошла в напряженном ожидании, и поэтому для Юдмайера она пролетела как одна секунда.

28 сентября. Восход солнца. Небо уже очистилось от облаков. В сопровождении итальянского альпиниста Ольц еще раз пытается подняться вверх. За ними идут сразу две группы. Одна из них несете собой импровизированные носилки. После полудня Ольц с итальянцем достигают того выступа скалы, над которым лежит Юдмайер. Они видят его. Но он не шевелится. И даже тогда, когда они громко окрикивают его, — никакого ответа. Юдмайер уже пятьдесят часов один. А последние две ночи были просто ледяными. Как он смог их пережить?

Но Юдмайер пережил. А теперь он просто был не в силах пошевелиться. И даже тогда, когда услышал их крики. Ольц и итальянец уже рядом с ним. Юдмайер едва в состоянии пошевелить губами:

— Освальд? Я думал… ты тоже… сорвался.

Ольц делает ему укол. Морфий. Затем пытается связаться по радио с хижиной, чтобы сообщить о том, что Юдмайер жив. Но передатчик отказывается работать.

И снова наступает ночь. И обоим ничего не остается, как ждать рядом с Юдмайером и надеяться на скорый приход помощи. Однако только на следующий день, около полудня, помощь наконец прибывает.

Ольц делает Юдмайеру еще один укол и закрепляет сломанную ногу. Затем привязывает друга к носилкам, которые притягивают к спине самого сильного из скалолазов, англичанина. Юдмайер мертвенно бледен. Видно, что вынести эту боль он не в силах.

— Нет, у нас ничего не получится. Уберите эту корзину! Он умирает!

Ольц старается изо всех своих сил. Но что он может сделать без запаса крови? И снова наступает ночь. И снова необходимо ждать следующего дня.

Мало— помалу Ольц теряет всякую надежду. Было так сложно добраться до Юдмайера! А теперь он слишком ослаб, чтобы вытащить его на себе. А переживет ли его друг эту ночь? Единственный, последний их шанс  это вертолет. Но чтобы воспользоваться этим шансом, сперва надо перенести раненого ниже. И наконец, на следующее утро, едва встает солнце, новая надежда. Все прислушиваются: вертолет! И пилот, которому сам черт не брат. Он уже пытается приземлиться где то поблизости! Но — о ужас! — винт задевает скальную стенку, и вертолет камнем падает. Пилот, тридцативосьмилетний американец доброволец, погибает на месте.

Это была их последняя надежда… Юдмайеру с каждой минутой становится все хуже. С тяжелой степенью обморожения, высокой температурой, он страдает от лихорадки, и когда едва слышно пытается попросить воды, то уже не может проглотить ни капли.

Освальд Ольц сделал все возможное. Ни на одну минуту он не оставлял своего друга в беде. Но сейчас уже знает, что не сможет его спасти. Он накрывает Юдмайера, впавшего в кому, куском полиэтилена. Но в это время на сцене появляется еще один герой этой истории. Это отец Юдмайера, который находился в своем доме в Инсбруке и до поры до времени ничего не знал о происшедшем. Рано утром 1 октября ему звонит один друг:

— Ты еще не читал сегодняшних газет?

— Нет! А что там?

Как можно осторожней друг сообщает Юдмайерустаршему, что его сын, скорее всего, уже умер, и так даже будет лучше для него самого, потому что он был тяжело ранен и находился в коме на высоте в пять километров и никто не мог ему помочь. Против ожидания господин Юдмайер остается спокойным. Он молчит только мгновение, а затем спрашивает: — Что можно сделать?

— Я боюсь, ничего. Все уже перепробовано. — И друг рассказывает, что пишут по этому поводу газеты.

— Хорошо. Спасибо. Я смогу ему помочь! Он кладет трубку, снова поднимает ее и звонит в аэропорт ВенаШвехат и спрашивает, может ли он нанять самолет на десять мест.

— Когда он вам понадобится?

— Прямо сейчас!

Ему предлагают машину с пропеллером.

— Слишком медленно! Мне нужен реактивный самолет!

По аэропорту новость разносится будто искра: какойто полоумный желает нанять реактивный самолет! — Куда я собираюсь лететь? В Найроби! В Вене ранним утром невозможно достать реактивный самолет. Но в Цюрихе можно попытаться. — Какой у вас есть?

— «Каравелла». До Найроби он долетит с двумя посадками для дозаправки. — Никаких посадок!

— Тогда можем предложить еще одну машину: «Боинг707».

— Хорошо. Обеспечьте мне «Боинг»!

— Но это будет стоить вам целое состояние!

Господин Юдмайер называет счет своего банка, чтобы сотрудники авиакомпании смогли удостовериться в его платежеспособности. Он сам звонит директору банка и объясняет ситуацию. И конечно же все устраивается. Но отец Юдмайера не только богатый человек, он еще чрезвычайно опытный и известный альпинист. Он знаком со всеми лучшими скалолазами в округе, поэтому обзванивает полдюжины человек, и все соглашаются вылететь вместе с ним в Найроби. Место сбора — аэропорт Вена Швехат. Там их уже ждет «Боинг 707», перегнанный из Цюриха и готовый к перелету до Найроби.

В группе даже есть один альпинист, который уже взбирался на Кению. Секретарь альпинистского общества Инсбрука с быстротой молнии доставляет самое лучшее снаряжение.для оказания медицинской помощи.

В полдень все уже в аэропорту. Около часа дня «Боинг 707» взлетает. Восемь часов пути без посадок. Поздно вечером они приземляются в Найроби, куда уже оповещенные по радио местные альпинисты подогнали вездеход джип. Еще два часа пути — и машина у подножия горы. Уже ночью спасательная команда из Австрии трогается в путь наверх. Тренированные альпинисты, они скоро достигают молодого Юдмайера, он пребывает в коме, но все еще жив. Его немедленно переносят вниз. Вскоре после полудня Герд Юдмайер уже находится в больнице Найроби.

Вся операция заняла приблизительно пятнадцать часов. Сегодня доктор Герд Юдмайер живет в Инсбруке. Он был спасен благодаря невероятной энергии своего отца.

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   54

Похожие:

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconИсточник: мониторинг телерадиоэфира / Экономика (впс) Дата выпуска: 23. 03. 2009
Естественно, всех нас интересует вопрос: а какие банки самые надежные, самые прибыльные? Ответ на этот вопрос дала

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconА. В. Непомнящий Рынок ценных бумаг Учебное пособие Москва 2008
Учебное пособие предназначено для студентов вузов специальностей «Менеджмент организаций», «Бухгалтерский учёт, анализ и аудит» и«Финансы...

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconИсследовательское задание мы живём в сельской местности в частично...
Самые доступные виды энергосбережения, которые мы можем применить в быту, это экономия

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconВлияние политики милитаризации на трансформацию современного миротворчества
В качестве примера можно привести случаи геноцида в Сребренице (Босния и Герцеговина) или в Руанде

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconСергей Непомнящий Руководитель лаборатории Гелиотектуры 10 мифов...
На только что прошедшем в Копенгагене саммите по устойчивому развитию экологи и градостроители подтвердили необходимость создания...

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconДоклад на тему: Формирование экономического мышления учащихся на...
В настоящее время Россия испытывает невероятные трудности в области экономики, по уровню ее развития она отстает от многих стран...

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
На тему: «Переход от электорального авторитаризма к демократии в гибридных режимах: случаи Мексики и России»

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconНегосударственное образовательное учреждение Челябинский институт...
...

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconВиталий Леонтьев. 300 лучших программ на все случаи жизни
У всех Самых Необходимых Вещей в этом мире есть одно пренеприятнейшее свойство: в нужный момент их никогда не оказывается под рукой....

Непомнящий Н. Н. Самые невероятные случаи iconРешение конкретного юридического дела на основе правовой нормы, рассчитанной...
Абсолютные права такие субъективные права, которые обеспечиваются пассивной обязанностью (воздержанием от нарушаемых действий) со...






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную