Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках






НазваниеАкки и аккинцы в XVI-XVIII веках
страница5/25
Дата публикации25.03.2015
Размер3.52 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25
Часть шерсти, получаемой в основном в предгорных районах, использовалась вайнахами на месте, а излишки шли на обмен с соплеменниками на плоскости, на продажу на рынки Северного Кавказа, а также в необработанном виде поставлялась в Дагестан 1.

Другой вид ремесленного производства — искусство изготовления декоративных войлочных ковров — до настоящего времени не подвергался специальному изучению. Одну из первых попыток в этом отношении предприняла Т. А. Мазаева, которая, анализируя данные О. В. Маргграфа, приводит высказывание, имеющее прямое отношение к теме нашего исследования: «В Кумыкско-Чеченском районе /т. е. в Хасавюртовском округе. — А. А./, где по сравнению кочевниками, население зажиточнее и промышленнее.., почти каждая семья готовит ковры /истанги/ на свое домашнее употребление, а около восьмой части семей готовит их на продажу» 2. В начале XIX века только из двух селений Хасавюртовского округа — Кази-Юрта и Аксая — для продажи в Кизляр было вывезено 66 паласов и 54 ковра 3. Из приведенных данных видно, что одним из главных изготовителей и поставщиков указанных видов товаров на рынки Кавказа было население Акки, определенная часть которого специализировалась на ремесленной деятельности, т. е. с ориентацией преимущественно на рынок.

Жителям Терско-Сулакского междуречья издавна было известно изготовление высококачественных ковров из войлока, которые аккинцы называли «бегIиг» (по-чеченски — «истанг»). Аккинские мастерицы различали такие виды войлочных ковров, как «бегIиг» — простой войлочный ковер, без орнамента и расцветки; «Iаьржа бегIиг» (черный истанг) — ковер, изготовленный только из черной шерсти, иногда орнаментированный; «къорза бегIиг» — разноцветный ковер; «чаьках йола бегIиг» (чеч. «кIинжа йолу истанг») — ковер с бахромой.

Отделка и изготовление войлочных ковров требовало большого искусства и вкуса. Орнамент ковров в основном совпадал с орнаментом ювелирных изделий и, по отзывам специалистов, органичное сочетание «растительных и геометрических узоров в орнаменте придавало изготовляемым предметам неповторимые черты» 4. Форма орнаментов, цвета и т. д. передавались из поколения в поколение, но зависели не только от традиций предыдущих поколений, а и от изобретательности и фантазии самой мастерицы.

Широко распространенным промыслом среди вайнахов было производство бурок. Бурки, изготовленные ими, отличались добротной выделкой и мягкостью, что обеспечивалось, по наблюдению О. В. Маргграфа, тщательным выщелачиванием материала 1.

Для скотоводов бурка являлась наиболее практичным и удобным видом одежды: в летний зной она спасала от солнца, а зимой — от холодов, тем более, что в Акки и Ичкерии «климат суровее и зима продолжительнее» 2.

Бурки высокого качества изготовлялись в аккинских селениях Кешен, Ширча-Юрт, ГIазар-ГIала и Аьккхий-Юрт; простые, более низкого качества бурки, производились во многих аккинских селениях. Исследователи отмечали, что «чеченские бурки вместе с андийскими и под именем андийских же доходят до Грузии и славятся на всем Кавказе, как лучшие» 3. Из таможенной книги Кизлярской карантинной заставы за 1812 г. видно, что из селения Аксай в Кизляр было вывезено больше всех бурок — 361 шт. 4, значительная часть которых была изготовлена и привезена из Акки и ичкеринских обществ, для которых Аксай был как бы «перевалочным пунктом».

Не останавливаясь подробно на некоторых видах домашних промыслов аккинцев, отметим, что немаловажное значение в хозяйстве жителей междуречья имело производство обуви и одежды из шкур и кож домашних и диких животных, гончарное производство и деревообработка, обработка кости и камня 5 и т. д.

Значительное место в хозяйственной деятельности вайнахов, в частности аккинцев, особенно предгорных селений, занимала металлообработка. Из добытого в горах и выплавленного на месте или приобретенного на стороне железа вайнахи выделывали различные металлические изделия для сельскохозяйственного и домашнего пользования, а также украшения, снаряжение и военные доспехи. Местные сельские кузнецы изготовляли топоры, серпы, косы, железные котлы и сошники, надочажные цепи, сковороды, ножницы для стрижки овец, ножи, металлическую посуду, а также различного рода оружие. Почти в каждом чеченском селении, как утверждал К. Самойлов, местные мастера изготавливали необходимые в хозяйстве изделия из металла 1.

Трудно судить, насколько было развито металлическое производство во всех аккинских селах, однако документальный материал и полевые изыскания показывают, что наиболее известными среди аккинцев были мастера-пхьарчхоевцы, особенно из предгорных селений Ширча-Юрт и Пхьарчхошка 2. Наряду с изготовлением металлических предметов сельскохозяйственного и бытового назначения, аккинцам было хорошо известно и искусство изготовления холодного, а позднее и огнестрельного, оружия, доспехов и др. Видимо, не случайно, что название крупного аккинского общества «Пхьарчхой» переводится самими аккинцами не только как «первопоселенцы» /от «пхьар» - мастер/, но и конкретно подразумевается как «мастера по изготовлению панцирей, кольчуг, стрел». Подтверждением этого явилось высказывание русского офицера А. М. Буцковского /1812 г./ о том, что аккинцы, жившие в верховьях рек Акташа и Ярыксу являются «весьма хорошими оружейниками» 3, имевшими славу изготовителей холодного и огнестрельного оружия.

Естественно, что искусство изготовления изделий, в частности, оружия, не могло появиться внезапно, а было результатом труда и мастерства многих поколений вайнахов. О широком распространении и ценности оружия среди аккинцев свидетельствует и факт примирения кумыкских князей с аккинцами, когда, как уже было сказано выше, за убийство вожака аккинцев им пришлось заплатить не только 120 лошадьми, накрытыми дорогими тканями, но и полным вооружением воина того времени — 120 кольчугами, саблями, стрелами и луками.

Итак, приведенные материалы показывают относительно высокий уровень развития ремесленного производства и домашних промыслов аккинцев в XVI—XVIII веках. Вместе с тем, безусловно признавая ведущую роль в хозяйственной жизни аккинцев земледелия и скотоводства, мы одновременно не можем преувеличивать роль ремесел и кустарных промыслов вайнахов, в частности аккинцев, игравших больше роль подсобных промыслов /за некоторым исключением/, тем более, что, по справедливому замечанию известного историка Н. П. Гриценко, ремесло «еще не отделилось от сельского хозяйства и носило в основном домашний характер» 1. Данное высказывание, определяющее характер ремесленного производства вайнахов в XVIII — первой половине XIX в., тем более правомерно относительно XVI—XVIII вв.
§ 6. РАЗВИТИЕ ТОРГОВЫХ ОТНОШЕНИЙ В АККИ
Разделение труда и складывание на его основе хозяйственных взаимозависимых отношений между отдельными обществами и народами приводило к образованию центров обмена и купли-продажи в крае. Складывался обмен как между зонами (горы, предгорье, равнина), так и внутренний обмен между обществами и селениями. Так, например, шелк и рис шаройцев и шебарлоевцев обменивались на хлеб; металлические изделия и оружие пхьарчхоевцев из Ширча-Юрта обменивались на гончарные изделия жителей Кешена и Аьккхий-Юрта. Таковой обмен еще нельзя назвать торговлей, т. к. хозяйство аккинцев в тот период было преимущественно натуральным и, соответственно, обмен производился в рамках данного типа хозяйства. Исключение могли составить жители равнинных районов Акки, которые постепенно втягивались в полунатуральные и денежные отношения с русскими городами на Тереке и юге России — Терским городом, крепостью Святого Креста. Кизляром и Астраханью.

Развитию внутренней и внешней торговли в указанный период препятствовали как натуральное хозяйство, так и частые стычки и войны между феодальными верхами Северного Кавказа и походами иноземцев, непомерные пошлины, взимаемые с провозимых товаров как местными феодалами и владельцами, так и впоследствии царской таможней.

Первое же письменно засвидетельствованное соприкосновение аккинских представителей с русскими и правительством Руси — обращение Шиха Окоцкого к царю в 1588 г. — свидетельствует о существовании торговых отношений между аккинцами и русскими представителями на Тереке. Ших Окоцкий возил продукты и другие товары строителям первых русских крепостей на Тереке и готов был продолжать поставки, тек самым подтверждая готовность к сотрудничеству. Он писал, что, если «запас будет на Терку город понадобитца, — и яз стану и запас вазить» 2. Естественно, и ранее и в указанный период аккинцы поставляли товары и продукты не бесплатно, а в обмен или на продажу местным казакам и строителям крепостей-городков на Тереке.

С появлением у стен Терского города Окоцкой слободы аккинцы, наравне с другими кавказскими народами и обществами, начинают втягиваться в. российскую торговлю, в частности с городами Астрахань и Москва. Племянник Шиха Окоцкого Батай, посетивший в 1605 году Москву с дипломатической миссией, занимался и торговыми операциями и закупил 15 комплектов боевого снаряжения 1. Для того времени эти дорогие товары требовали значительных затрат.

Торговля в Терском городе процветала. Через город проходили торговый обмен и купля-продажа между вайнахскими, северокавказскнми, русскими, западноевропейскими и восточными купцами. В городе «были караван-сараи, торговые ряды и базары, роскошные сады, общественные бани, таможенные и кружечные дзоры, аманатный двор, меновой двор» 2. В торговые отношения втягивались аккинцы, мичкизяне и шибуты, служившие России в Терках и поддерживавшие постоянные и тесные связи со своими соплеменниками. С середины XVII века появляются отрывочные сведения о бытовании товарно-денежных отношений в крае. В челобитной 1648 г. узденя окоцкого мурзы Чепана Кохострова — Балыхчея Ильдарова — последний жалуется на астраханского татарина Досая Уразлыкова и его зятя. Балыхчей обвинил их в том, что они не вернули ему взятые в долг 12 рублей с процентами; женившись же на дочери Досая, Балыхчей заплатил ему «28 рубля денег, да лошадь, да кафтан дорогильный, да лук ядринский, да 10 стрел, а цена, государь, дорогам и лошади, и кафтану, и луку, и стрелам 21 р.» 3. Как видим, не только калым, но и стоимость преподнесенных товаров оценивается в деньгах.

В годы иностранной интервенции в России укрепление торгово-экономических отношений с вайнахскими и другими северокавказскими обществами были жизненно необходимы для русского населения на Тереке. Не получая продуктов и других изделий из России, русские представители возлагали единственную надежду на поставки хлеба и других предметов потребления на северокавказские общества. И эта надежда вполне оправдалась, т. к. поставки товаров и продуктов были налажены, что еще больше укрепляло взаимоотношения местного населения с представителями России. Уже к концу первой четверти XVII в. Терский город становится главным торговым центром Северного Кавказа: два раза в неделю здесь проходит торговля, в которой участвовали горцы, терские жители, а также русские и иностранные купцы. Горцы пригоняли скот, лошадей и привозили другие товары, а купцы и северокавказские владельцы отвозили эти товары в Москву, Астрахань, Дербент и Закавказье 1.

С усилением влияния Астрахани /вторая половина XVII в./ на экономическое развитие Северного Кавказа, здесь все чаще появляются аккинцы-окочане Терского города в роли торговцев. Несмотря на то, что большинство документов архива Терского двора и Казанского дворца, в ведении которого находилась крепость, а также книги Астраханской таможни второй половины XVII — первой четверти XVIII в., не сохранились 2, даже те отрывочные сведения, которые дошли до нас, позволяют судить об активной хозяйственной деятельности аккинцев в Терках, Астрахани и других городах России и Кавказа.

В 1672 г, был отпущен из «Астрахани... до Терка» терский окочанин Янтуничка Кумыков «в лотке» с товарами и с работными людьми /тоже с товарами/; за товары «пошлины по указу платили» 3.

Со временем ассортимент товаров все расширялся. В 1676 и 1681 годах терский окочанин Янбулат Эльмурзин вывез из Астрахани большое количество разнообразных товаров, среди которых зеркала, иглы, белила, немецкое сукно, смола, зеленая котловая медь, кармазин и др. 4. Несомненно, весь этот набор товаров предназначался для перепродажи как жителям Терков, так и горцам. В лице окочанина Янбулата Эльмурзина предстает тип профессионального торговца — тип «купчин» среднего достатка из числа аккинцев-окочан.

Северокавказские владельцы добивались через своих послов права на покупку «заповедных» товаров (панцирей, наручей, шлемов) и простых товаров. Рядовые горцы таких прав не имели и пытались избежать уплаты пошлин в Терках и Астрахани. Терские воеводы сообщали, что горцы (аккинцы, чеченцы, кумыки и др.) приезжают в Черкасскую, Окоцкую и другие слободы Терского города для «самочинного торга» без пошлин, для прекращения чего и с целью сокращения притока в Терки на постоянное жительство, российские власти были вынуждены поставить специальные таможенные караулы на «Кизлярском перевозе» и в других местах 1.

Внутренняя торговля жителей Терско-Сулакского междуречья, как и в других регионах края 2, в изучаемый период была относительно слабо развита. В основном здесь она сводилась к простому обмену продуктами и изделиями между жителями плоскости и предгорных и горных селений. Некоторые населенные пункты Северо-Восточного Кавказа (например, Эндери, Аксай), расположенные на стыке торговых путей, к XVII—XVIII вв. стали превращаться в крупные торговые центры. Путешественник Эвлия Челеби сообщал, что в селении Эндери «денег и алтунов и курушей... нет. Но торговцев, прибывающих и отъезжающих, здесь много. Все сделки и приобретения производятся путем обмена имеющихся у них товаров» 3.

Процесс установления торговых взаимосвязей вайнахов с Россией в XVIII веке приобретает постоянный характер. Торговля шла через Терки, Святой Крест, Кизляр и Астрахань, причем в XVIII в. именно в этих населенных пунктах-городах торговые отношения северокавказцев, в частности аккинцев, принимают характер денежных. Судя по документальным известиям XVIII в. из Терского города в Астрахань доставлялись различные товары горского производства; обратно шли товары как российского, так и западноевропейского и восточного производства. Исследователем Ш. Б. Ахмадовым была выявлена часть материалов Астраханской таможни первой четверти XVIII века, по которым можно наглядно проследить роль окочан в расширении экономических связей вайнахов и северокавказцев с другими народами, торгующими в Астрахани, а также о вывозе массы самых разнообразных товаров, произведенных как вайнахами, так и другими народами Кавказа из Терков в Астрахань и обратно 4.

В Терском городе проживало смешанное население, сотнями нитей связанное с горцами Северного Кавказа. Документ, датируемый 1708 г., свидетельствует о торговле между ногайцами, гребенскими казаками и аккинцами-окочанами Терков, с одной стороны, с представителями вайнахских обществ: «Лузан да 2 человека терских окочан... ездили с Терку для продажи в Чечню с рыбою» 5.

Селение Аксай, быстро превращавшееся в крупный торговый центр в XVIII в., привлекало как местные общества, так и русских и иностранных торговцев. Через посредство аксайского рынка аккинцы-окочане Терского города поддерживали тесные связи с вайнахскими обществами, в числе которых, в первую очередь, были аккинцы из ГIачалкъа-Аьккха и Пхьарчхошка-Аьккха. Немало сведений о торгах в Аксае содержит «Книга для учета пошлин, взимаемых с приезжих жителей» из архива Терского коменданта. Так, 9 февраля 1726 г. «с терского жителя окочанина Курмана Богоматова с женой его... которые отпущены в Аксай для торгу» взята пошлина 1. 15 февраля 1726 г. с окочан Суркая Усманова с двумя его работниками, пропущенными в Аксай «для покупки запасов», также взята пошлина 2. Ясно, что аккинцы являлись одними из главных поставщиков «запасов» и других товаров на рынки Терско-Сулакского междуречья. О значении же Аксайского торга свидетельствует и такая запись из документа: «Производимый в оном торг привлекает туда много соседственных чеченцев, относительно коих также весьма важно сие место» 3. С. Броневский сообщал, что в Аксае чеченцы «променивают сырые кожи, меха, воск, мед, лошадей, рогатый скот, войлоки на нужные для них вещи, как-то: порох, свинец, огнестрельное оружие, чугунные котлы, холст, юфть» 4.

С построением крепости Святого Креста и перемещением сюда казаков, черкесов и окочан в нем, по свидетельству И. Г. Гербера, съезжались многие купцы, в том числе и вайнахские 5. Со строительством Кизляра и укреплением дальнейших торгово-экономических связей России с Северным Кавказом и особенно со второй половины XVIII века, по замечанию Б. В. Скитского, торговля постепенно перерастала из меновой в денежную, когда деньги стали средством расчета вместо холста, служившего раньше мерилом ценности 6.

Зарождение торговых центров на Северном Кавказе было одним из главных условий развития торговли и его перерастания на уровень товарно-денежных отношений в крае. Несмотря на разного рода запреты царского правительства на ввоз в вайнахские селения некоторых товаров, русские, терские и другие купцы пробирались к горцам и сбывали им свои товары, приобретая у них их изделия и продукты 7.

Важное значение в осуществлении как торгово-экономических, так и политических контактов северокавказских обществ с Россией и народами Кавказа в указанный период имели основные пути передвижений караванов, посольств, войск и торговцев. Как известно, одной из главных артерий Северного Кавказа являлась так называемая «Дербентская дорога», шедшая от Азова до Дербента, маршрут которой был отражен в русских документах еще в 1615 г. 1. Отрезок этой дороги — «от Сунжи мимо Тарков» (т. е. от р. Сунжи мимо селения Тарки) — привлекает внимание, т. к. он приходится на земли аккинцев.

Перевоз через Сунжу был привычным ориентиром транзитных передвижений по Северному Кавказу. Около него появлялись первые русские крепости, здесь же была построена одна из последних крепостей того периода 2. Согласно документальным материалам, дорога через этот перевоз вела к современному селению Истису (Мелчхе) — р. Аксай — гор. Хасавюрт, откуда выходила к реке Акташ и селению Эндери через земли пхьарчхоевцев. После Эндери караваны (посольства, войска и др.) направлялись к Таркам и далее — к Дербенту 3. Полевой материал, собранный среди аккинских старожилов, также определяет почти тот же маршрут от Сунжи до Сулака и Тарков.

Второй крупный путь караванных передвижений вел из Астрахани через Терский город и северокавказские земли в Грузию и Закавказье. По мнению исследователей, маршрут этого пути таков: г. Астрахань — Терки — Кизлярский перевоз — переправа на р. Аксай — р. Сулак — Тарки — сел. Буйнак — Дербент и далее в Закавказье 4. Полевой материал более подробно показывает этот путь от Терков до Сулака: от Терского города /1588 г./он вел к древним аккинским поселениям Iандзле, Яркхе, Бота-юрт на пересечение в районе гор. Хасавюрта с «Дербентской дорогой»; далее к Эндери и только после к переправе через Сулак — к Таркам.

От двух главных торговых путей, упомянутых нами, по территории Акки проходили маршруты менее крупного значения, известные как «гIачалкъой къаьпал» и «пхьарчхой къаьпал» («гIачалкъоевская» и «пхьарчхоевская» караванные дороги»). Первая отходила от «Дербентской дороги» между современными селениями Нойбоьра (аккинское «Нохье-Буьйра») и Ойсхар к обществам Ичкерии, соединяясь с перевальными путями, ведшими в Грузию. От нынешнего города Хасавюрта шло два пути «пхьарчхой къаьпал»: первый — по руслам рек Ямансу, Ярыксу к аккинским поселениям ГIазар-ГIала и Кешен с выходом через Ичкерию на «Гуьржи-Мохк» («Грузинская земля»); второй путь из Хасавюрта вел через аккинские поселения Пхьарчхошка и Ширча-Юрт к селению Алмак и, преодолевая Сулак, выходил к обществам внутренних районов Дагестана.

В целом, характеризуя хозяйственно-экономическое развитие вайнахских обществ XVI—XVIII вв., следует отметить, что при относительном подъеме производительных сил и развитии товарообмена с тенденцией перехода во второй половине XVIII века к товарно-денежным отношениям, хозяйство вайнахов, в частности аккинцев, все же остается еще полунатуральным. Дальнейшему развитию хозяйственной жизни мешали как внутренние (замкнутость обществ и др.), так и внешние экономическая и политическая направленность позиции России, нашествия войск Ирана, Турции, Крыма и походов России, и др. Давая такую характеристику общего характера развития вайнахских обществ, мы считаем вправе все же сказать о том, что не все общества стояли на одном уровне хозяйственно-экономического развития. Значительная хозяйственная освоенность аккинцами Терско-Сулакского междуречья, выгодное стратегическое положение Акки, наличие крупных торговых центров на землях общества, являющихся следствием активного функционирования торгово-военно-дипломатических путей, выдвинули общество Акки в число передовых северокавказских обществ с относительно высоким уровнем хозяйственно-экономического и политического развития.

ГЛАВА II
СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В АККИ В XVI—XVIII ВЕКАХ
§ 1. О ФОРМАХ ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЯ В АККИ В XVI—XVIII ВЕКАХ
Процессы хозяйственного развития вайнахских обществ в XVI—XVIII веках, сдвиги в области земледелия и скотоводства, ремесла и торговли, а также политические события на Северном Кавказе не могли не повлиять на уровень общественной жизни, не повлечь за собой усиления имущественной и социальной дифференциации внутри обществ. На сложность и отсутствие у исследователей единого мнения относительно уровня развития общественного строя у вайнахов, являющегося следствием как некритического восприятия наследия дореволюционных авторов, так и слабой изученности архивных и других материалов, указывал известный исследователь Е. И. Крупнов 1.

Задавшись целью изучить уровень развития социальных отношений у аккинцев в XVI—XVIII веках, в первую очередь необходимо попытаться установить форму собственности на основное средство производства вайнахов — землю, ибо от этого и зависит во многом и сам уровень социального развития общества.

Документальные материалы XVI—XVII веков оставили нам упоминания о различных «землицах», «владельцах земли своей» и т. д., однако сведений о самих формах землевладения они не дают. Материалы же более позднего происхождения отмечают у вайнахов индивидуальную собственность на пахотные, покосные, иногда и пастбищные земли и общинную собственность.

Дореволюционный автор статьи «Землевладение у чеченцев (г. П... в) считал, что еще в XVI в. земли аккинцев были поделены на: общие — нераздельные — горные пастбища, берега рек, выгоны; общественные — делимые ежегодно — места, не покрытые лесом; частнособственнические — расчищенные участки, приобретенные по праву первого завладения 2. При этом автор статьи исходил из древнего предания, записанного, якобы, у аккинцев в 1869 году. Использовав данное предание в своей работе, другой дореволюционный исследователь Евгений Максимов утверждал, что у чеченцев до XIX в. не было частной собственности на землю, а господствовала система периодических переделов земли, которую, якобы, соответственно древнему порядку чеченцев и закрепило законодательно царское правительство после Кавказской войны 1.

Современный исследователь И. М. Саидов на основе тщательного исследования и анализа данных доказал, что общинно-передельная система была давно отжившей себя формой землевладения у чеченцев, а в горах и на плоскости существовала частная форма собственности на землю; передельная же система землевладения, по его утверждению, была вновь навязана вайнахам царским правительством во второй половине XIX в. 2.

Предание, записанное г. П...вым, относится к очень далекому времени и вряд ли правомерно на его основе определять временной отрезок возникновения самого предания. Это тем более вызывает сомнение, если принять во внимание, что аккинцы не застали при освоении Терско-Сулакского междуречья ни одной человеческой души, а плоскость была пустынна, «если не считать наполнявших ее диких зверей; с другой стороны, в Андии был только один хутор, состоявший из одного семейства» 3. Почти то же сведение зафиксировано и в исторической хронике аккинцев, названной нами условно «Рукописью Ибрагимова-Магомедова»: «В это время между Сулаком и Тереком никого не было. Внизу было одно поселение ногайцев, наверху — одно поселение андийцев. В то время граница была с ногайцами и андийцами» 4. Сам характер предания и сообщение «Рукописи» со всей очевидностью показывают, что вряд ли -приведенные сведения правомерно относить к XVI—

XVIII вв., а тем более к XIX столетию, как пытался это сделать Е. Максимов.

Весьма интересен также и вопрос о «первом завладении». «Первое завладение, — комментирует Е. Максимов, — считается здесь самым священным правом и никто не осмелится оспаривать его; поэтому после каждого переполоха, возвращаясь из лесов на свои места, жители сразу без малейших недоразумений садятся по своим местам, как будто и не трогались с них» 1. Естественно, что Е. Максимов представляет картину сообразно официально принятой традиции по отношению к горцам Кавказа. Возвращение на свои места может быть объяснено только правом частной собственности на землю, а не только (и не столько) «правом первого завладения», которое И. М. Саидов называет как более близкое к истине «первым наделом» 2.

Основываясь на материалах археологического характера, многочисленных устных преданиях и народных обычаях, И. М. Саидов пришел к выводу, что «даже в отдаленные времена пахотные участки, скот, сенокосы, основные пастбища и местами леса были частной собственностью малой семьи. Землю можно было продавать, дарить, давать в качестве приданого, оставить в залог, отнять в качестве штрафа» 3. Данный вывод с полным правом можно отнести к аккинцам, раньше других вайнахских обществ освоивших равнинные земли и издавна здесь проживавших. Среди достаточно обширного полевого материала, собранного среди местного населения в течение последних 30 лет местным краеведом И. Исмаиловым и автором, нет ни одного свидетельства, показывающего существование передельной системы землевладения ( в какой бы то ни было форме) у аккинцев в прошлом. На плоскости Акки, как и в горах и предгорьях, пахотные земли, сенокосы и часть пастбищ находились в частной собственности отдельных семей. Кроме того, как подтверждает полевой материал, некоторые лесные и пахотные участки, так же, как и некоторые горные массивы (например, Янбека-Лам, Гебак и Венак и др.) назывались по именам людей, чьей собственностью указанные местности являлись.

Одним из подтверждений существования и господства частной собственности на землю является, как известно, существование поливного земледелия с развитой системой орошения. «Ирригационное сооружение и оросительная сеть, устроенные на индивидуальном участке, считались собственностью хозяина этого участка. Дамбы и плотины для мельниц и принадлежащие к ним участки также продавались, сдавались в аренду и переходили по наследству» 4. Подобная широкая сеть ирригационных сооружений, как было рассмотрено нами выше 5, существовала с древних времен вплоть до нашего столетия на территории Акки.

Исследованиями последних десятилетий установлено, что на поздней ступени развития вайнахских обществ в общем владении находились лишь второстепенные средства производства, а основные средства — пахотные, сенокосные участки и прочие — находились в частной собственности 1, причем у вайнахов существовала «частная собственность феодального порядка» 2.
§ 2. ОБ УРОВНЕ РАЗВИТИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25

Похожие:

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconС середины XV века Европа вступает в период революционных цивилизационных от лат
Идеалы механистического естествознания становятся основой теории познания и методологии науки. Возникают философские учения о человеческой...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconРабочая программа 7 класс линия «сфера» всеобщая история
Планирование соответствует программе и Федеральному государственному стандарту основного общего образования по истории и обеспечена...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconКонфессионально-этическая мотивация хозяйствования староверов в XVIII-XIX веках
Керов Валерий Всеволодович, кандидат исторических наук, доцент Российского университета дружбы народов

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках icon" Программа "обратного курса" в Японии в 1946-1949 гг
Предпосылки генезиса капиталистических отношений в Западной Европе в XVI-XVIII вв

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconИсторические связи Ямгорода с Ганзейским союзом. XIV-XVI вв
Большая часть материала опубликована русскими и зарубежными учёными в XIX и XX веках и хранится в фондах Российской Национальной...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconПрограмма
Рабочая программа составлена на основе Примерной программы по истории для 5-9 классов (М.: Просвещение, 2010) и адаптирована к учебнику:...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconРабочая программа по «истории нового времени (XVI-XVIII вв.)» (7 класс)
Примерной программы основного общего образования по : авторской программы А. А. Данилова, В. А. Клоковой «История государства и народов...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconТема Русь в VI xi веках Расселение восточных славян в VI-IX веках....
Киевская Русь. Социально-экономический строй. «Русская Правда». Политический строй. Внутренняя и внешняя политика. Принятие христианства...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconТема Русь в VI xi веках Расселение восточных славян в VI-IX веках....
Киевская Русь. Социально-экономический строй. «Русская Правда». Политический строй. Внутренняя и внешняя политика. Принятие христианства...

Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках iconИстория регионов и народов России” (III курс) Семинар №1. Формирование...
Народные миграции и образование Российского государства (кон. XIV – сер. XVI в.)






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную