Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник»






НазваниеОгук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник»
страница9/43
Дата публикации07.11.2016
Размер6.29 Mb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > География > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   43

БОККА: ЕВРОПЕЙСКИЕ ПУТЕШЕСТВЕННИКИ XIII в. И АРХЕОЛОГИЯ
Яминов А.Ф., Яминова С.А. (г. Уфа, Археологический научный центр)
Одно из больших желаний многих археологов Волго-Уралья - это возможность когда-нибудь сказать: «Вот это и есть настоящее монгольское погребение!». Естественно, что для этого должны быть зафиксированы и признаны достоверными соответствующие этнодиагностирующие признаки именно монгол. Но что под этим следует понимать – набор признаков (характер захоронения, могильная яма, положение костяка и его ориентировка, инвентарь и т.д.) или только какой-то единичный элемент? Этот вопрос, к сожалению, до сих пор пока не разрешён столь однозначно. Г.А. Фёдоров-Давыдов, Н.А. Мажитов, В.А. Иванов, В.А. Кригер и многие другие старались внести ясность в данную проблему разными способами. Все эти исследователи известны (как и их фундаментальные работы), и поэтому мы не собираемся ещё раз рассматривать здесь их концепции. При этом отметим, что никто из них однозначно не назвал конкретного «монгольского набора» или же «настоящего монгольского» погребения.

Как исключение можно назвать только С.М.Васюткина, считающего, что монгольские памятники региона в XIII-XIV вв. – это погребения с северной ориентировкой, без костей коня, с находками бокки и серег типа «знак вопроса»101! Не будем говорить ничего насчёт серег (это особая тема), но практически во всех случаях почти все коллеги в качестве монгольского элемента упоминали такое явление, как бокка. В условиях всеобщей стандартизации позднесредневекового массового инвентаря на просторах Евразии от востока до запада, в данном случае могли бы, по идее, опять же помочь только единичные этнодиагностирующие элементы сопровождающего инвентаря. Только какую нагрузку они несут – этническую, социальную или иную?

У нас есть два уже классических описания очень необычного и интересного женского головного убора, оставленные двумя европейскими путешественниками XIII в. - Плано Карпини и Гильомом Рубруком. Согласитесь, что любой археолог, который столкнётся в области черепа женского захоронения в степи с чем-то сделанным в XIII-XIV вв. из бересты, будет в своей публикации обязательно ссылаться на эти имена. Вроде бы не нужно опять цитировать куски из текстов этих путешественников, но мы сочли необходимым привести здесь ещё раз их характеристики монгольского женского головного убора - бокки.

Плано Карпини: «Замужние же женщины носят один кафтан очень широкий и разрезанный спереди до земли. На голове же они носят нечто круглое, сделанное из прутьев или из коры, длинною в один локоть и заканчивающееся наверху четырёхугольником, и снизу доверху этот [убор] всё увеличивается в ширину, а наверху имеет один длинный и тонкий прутик из золота, серебра или дерева или даже перо; и этот [убор] нашит на шапочку, которая простирается до плеч. И как шапочка, так и вышеупомянутый убор покрыты букараном или пурпуром, или балдакином. Без этого убора они никогда не появляются на глаза людям, и по нему узнают их другие женщины. Девушек же и молодых женщин с большим трудом можно отделить от мужчин, так как они одеваются во всём так, как мужчины. Шапочки у них иные, чем у других народов; описать, понятно, их вид мы бессильны»102.

Отметим, что Плано Карпини был итальянцем, происходил из знатной семьи, был одним из основателей монашеского ордена францисканцев. Он занимал достаточно высокие должности в римской церкви, по поручениям которой бывал в Германии и в Испании. И именно его в апреле 1245 г. отправил к монгольскому хану римский папа Иннокентий IV. Плано Карпини побывал на Волге, в ставке хана Бату, далее через Хорезм, Семиречье и Тарбагатай добрался до Центральной Монголии. Там он провёл четыре месяца в ставке великого хана Гуюка. Н.П. Шастина в своей вступительной статье привела любопытную характеристику Плано Карпини от одного итальянского хрониста, видевшего его при дворе папы в 1247 г.: «Это был человек достойный, остроумный, образованный, красноречивый и очень способный к разнообразным делам; он написал толстую книгу о том, что видел замечательного у татар и в других местах»103. Поэтому у нас нет повода сомневаться в его компетентности и не доверять его сведениям о том, что видел, что его удивляло и интересовало у монгол.

Гильом Рубрук, фландриец по происхождению, монах ордена миноритов, участник шестого крестового похода, долгое время находился на службе французского короля Людовика IX, несколько лет провёл на Ближнем Востоке. То есть он обладал широким кругозором, считался очень образованным и энергичным человеком. Поэтому и был назначен послом и направлен в Монголию с целью выяснения возможности союза крестоносцев с монголами в борьбе против ислама. Его поездка состоялась в 1253-1255 гг. Он из Константинополя отправился в Крым, оттуда добрался до Волги в ставку хана Бату, откуда был отправлен к Великому хану Мунке. Вначале Рубрук три месяца кочевал вместе с ханской ставкой, но затем около двух месяцев провёл в самом Каракоруме104. Поэтому он видел многое и подготовил своё сочинение-доклад, очень богатое информацией. К примеру, даже описание монгольского женского головного убора он сделал гораздо подробнее, чем Плано Карпини: «Платье девушек не отличается от платья мужчин, за исключением того, что оно несколько длиннее. Но на следующий день после свадьбы она бреет себе череп с середины головы в направлении ко лбу; она носит рубашку такой ширины, как куколь монахини, но в общем более широкую и длинную и спереди разрезанную, которую завязывают на правом боку. Ибо Татары отличаются от Турок именно тем, что Турки завязывают свои рубашки с левой стороны, а Татары всегда с правой. Кроме того, они носят украшение на голове, именуемое бокка, устраиваемое из древесной коры или из другого материала, который они могут найти, как более лёгкий, и это украшение круглое и большое, насколько можно охватить его двумя руками; длиной оно в локоть и более, а вверху четырёхугольное, как капитель колонны. Эту бокку они покрывают драгоценной шёлковой тканью; внутри бокка пустая, а в середине над капителью, или над упомянутым четырёхугольником, они ставят прутик из стебельков, перьев или из тонких тростинок длиною также в локоть и больше. И этот прутик они украшают сверху павлиньими перьями и кругом пёрышками из хвоста селезня, а также драгоценными камнями. Богатые госпожи полагают это украшение на верх головы, крепко стягивая его меховой шапкой, имеющей в верхушке приспособленное для того отверстие. Сюда они прячут свои волосы, которые собираются сзади к верху головы, как бы в один узел, и полагают в упомянутую бокку, которую потом крепко завязывают под подбородком. Отсюда, когда много госпож едет вместе, то, если смотреть на них издали, они кажутся солдатами, имеющими на головах шлемы с поднятыми копьями. Именно бокка кажется шлемом, а прутик наверху копьём»105.

Рубрук далее ещё раз упоминает бокку, когда говорит о встрече с Кокота Катен (Хутухтай Хатун) - старшей женой хана Мунке: «После этого, когда был уже ясный день, она стала снимать у себя с головы украшение, именуемое бокка, и я увидел, что голова её плешива. Тогда она сама приказала, чтобы мы ушли, и, уходя, я увидел, как ей принесли серебряный таз»106. То есть, Рубрук был непосредственным очевидцем событий и не мог не обращать внимания на то, что собирается делать, как и во что одета ханша. Это ведь тоже являлось одним из аспектов исполняемого им поручения - кто, что и зачем? Так что вряд ли в этой ситуации первая супруга хана могла остаться вне поля его зрения! Таким образом, и Плано Карпини, и Рубрук своими глазами видели у монгольских женщин интересный головной убор и в обоих случаях одинаково его описывали. Они писали, что его делали из коры, длиной в один локоть, снизу доверху он увеличивался, а наверху было что-то четырёхугольное. Оба автора также упоминают внизу шапку, а наверху отмечают прутик «из золота, серебра или дерева или даже перо» и украшения этого убора драгоценными камнями.

В связи с этим, привлекает внимание одна персидская миниатюра XIV в., основным сюжетом которой является приём послов ханом Угедеем107. На ней видно, как слева от хана сидят пять его жён в совершенно одинаковых головных уборах. На их головах - какие-то небольшие круглые шапочки, от которых вверх отходят трубочки (!) с квадратным (!) завершением, в который далее воткнут длинный стержень (!) непонятного (к сожалению) происхождения. Очень красивой является ещё одна персидская миниатюра 1315 г., которая представляет хана Мунке с его тремя жёнами и десятью сыновьями. У всех женщин надеты на головы практически аналогичные фигурные шляпки. С их затылочных частей вверх идёт трубочка (!), завершающаяся каким-то трапециевидным выступом («четырёхугольник»!), из которого выступает длинное птичье (?) перо108. Опять отметим, что нижние части головных уборов женщин слегка отличны, но в верхней части они абсолютно идентичны. Бесспорно, что на этих миниатюрах живописцы в своих работах показали (пусть и с незначительными отличиями в деталях) жён монгольских ханов в их традиционных головных уборах, которые достаточно подробно охарактеризовали методом слова и письма европейские послы. И те, и другие оставили потомкам свидетельство об одном и том же элементе культуры, моды монгольского двора. Замечательно, что Гильом Рубрук оставил нам название этого головного убора – бокка.

Нашим коллегам это название тоже понравилось, и поэтому всё, связанное с находками в женских погребениях XIII-XIV вв. берестяных трубочек, всегда фиксируют как остатки бокки.

Нами учтено 45 комплексов, в которых, по мнению исследователей, зафиксированы именно бокки. И нам представляется, что данный подбор отражает реальный набор иных признаков, связанных именно с этим предметом. Конечно, для всех было бы лучше всего, если бы бокка была связана только с одним типом могильной ямы, а захороненная имела только одну ориентировку (лучше – северную!), но у нас, к сожалению, этого не получилось. Картина совсем другая. Четырнадцать погребённых с бокками ориентированы головами строго на запад. При этом три погребения – с подбоями, одно погребение - со ступеньками вдоль длинных сторон, а десять остальных – простые прямоугольные могильные ямы. Четыре погребения ориентированы головами на юго-запад, могильные ямы – простые прямоугольные. Пять комплексов ориентированы на северо-запад, четыре могильные ямы простые прямоугольные, одна – с подбоем и ступенькой. Пять простых прямоугольных погребений содержат комплексы с ориентировкой на восток. Четыре погребения ориентированы на север, из них три имеют простые могильные ямы, а поверх одного захоронения на уровне древней поверхности была сооружена кирпичная выкладка. В шести курганах были обнаружены простые прямоугольные погребениях с ориентировкой захороненных на северо-восток. Три комплекса были ориентированы на юг, при этом два из них зафиксированы в простых прямоугольных погребениях, а один – в могильной яме со ступеньками вдоль длинных сторон. Одно захоронение было ориентировано головой на юго-юго-запад, а над ним размещалось надгробное сооружение – сагана. Одно из них было ориентировано на восток-юго-восток, содержалось в простой могильной яме, но с подбоем в ногах. И две бокки были зафиксированы в женских захоронениях с ориентировкой на запад-юго-запад. Тут было два типологически разных погребения: одно из них было со ступенькой вдоль длинной стенки, другое – с подбоем.

Бокка содержится в комплексах с ориентировкой по всему спектру (З, ЮЗ, СЗ, В, С, СВ, Ю, ЮЮЗ, ВЮВ, ЗЮЗ) и в разных типологических могильных ямах (простая прямоугольная, с подбоем, со ступеньками с длинных сторон, со ступенькой только с одной длинной стороны, с подбоем и ступенькой). Сами насыпи курганов у них также разные: простые земляные насыпи, каменные кольца, заливка из глины, «панцирь» из гипсовых плиток, каменная насыпь, земляной с ровиком, кирпичные выкладки. Хоронили их тоже по разному – в деревянных гробовищах, в колодах, вообще без них. То есть, нет никакого стандарта. Поэтому, мы не можем в данный момент утверждать, что бокка – это чисто монгольский этнический элемент (с жёсткой ориентировкой и типом погребения). Скорее всего – это социальный признак, элемент женской (замужней) степной «моды» этого хронологического периода. Мы должны признать, что артефакт «бокка» или связка признаков «бокка + северная ориентировка (да и другая может быть)» пока, к сожалению, не срабатывают в качестве этнического идентификатора только для монгольских памятников. Бокка имеет не только широкие хронологические рамки их использования, но и широкий этнический состав их носителей в средневековой Евразии. Поэтому мы по-прежнему вынуждены далее искать иные монгольские типологические признаки. Но как бы Г.А. Фёдоров-Давыдов ни критиковал в 1966 г. своих коллег за стремление представить определённый тип обряда погребения как закреплённый за какой-либо одной группой кочевников постоянно, за использование вещевых типов для этнических определений109, сейчас, даже спустя более 40 лет, у нас просто нет иного другого пути. Имеющаяся на данный момент разработанная гигантским трудом учёных нескольких столетий хронологическая и типологическая археологическая шкала является замечательным фундаментом для решения дальнейших проблем. А они остались прежними: нужен новый виток анализа погребального обряда и поиск реперных типов вещей для этнических определений погребальных комплексов номадов позднего средневековья Евразии. Но не будем забывать, всё-таки, и про бокку!

К ВОПРОСУ О ЗЕМЛЕДЕЛИИ НА НИЖНЕЙ ВОЛГЕ

В ЗОЛОТООРДЫНСКИЙ ПЕРИОД
Пигарёв Е.М. (г. Астрахань, АГОИАМЗ)
Золотая Орда – крупнейшее политическое объединение Восточной Европы в развитом средневековье. Изучение Золотой Орды является одной из традиционных тем отечественной науки.

С нижневолжским населением Золотой Орды связано представление как о чистых кочевниках, большая часть которых жила традиционной формой ведения хозяйства – кочевым скотоводством. Однако с конца XIII в. часть кочевников подверглась процессу оседания.

Письменные и археологические источники говорят о том, что на Нижней Волге исторически традиционны земледелие и оседлый образ жизни еще со времени Хазарского Каганата.

Вот как описывают Нижнюю Волгу в конце X в. арабы Ал-Истахри и Ибн Хаукаль: «…вокруг Итиля по реке и в степи, на 20 фарсангов в окружности разбросаны пахотные поля, земля Хазарии необычайно плодородна, в ней много виноградников, фруктовых садов, деревень…»110. Царь Иосиф в письмах к Хасдаю пишет «… страна наша не получает много дождей. В ней есть много рек, в которых много рыбы… Страна плодородна и тучна, состоит из полей, виноградников, садов и парков. Все они орошаются из рек…»111. Арабские авторы также говорят несколько слов о пище хазар – «… пшеница и рыба – основное питание хазар…»112.

Исходя из этих сообщений видно, что в низовьях Волги и Волго-Ахтубинской пойме, где имелись благоприятные условия для развития земледелия (на основе орошения), часть населения перешла к оседлой жизни и занятию земледелием.

Необходимо отметить, что и в савромато-сарматских погребениях встречены орудия жатвы и для обработки зерна, зерна проса и пшеницы113. Это позволяет сделать предположение, что еще у древних кочевников, проживавших в Нижнем Поволжье, появились первые зачатки примитивного земледелия.

В конце X в. Каганат, как государство перестает существовать. С XI в. начинается очередное переселение кочевых племен кипчакской конфедерации, которые занимают степи Северного Прикаспия и остаются здесь до монгольского нашествия и образования золотоордынского государства. История не знает примеров тотального уничтожения населения в периоды даже самых жестоких войн. Значительное количество людей берется в рабство, причем не редко их оставляют на старых пепелищах. Характерно, что антропологическое обследование кочевнических погребений XIII в. показывает, что население того времени почти не отличалось от жителей степей X в.114. Монголы также существенно не повлияли на материальную культуру нижневолжских народов в силу своей малочисленности и близкого уровня общественного развития115. Отсюда следует, что определенные группы населения, занимавшиеся земледелием в X в., сохранили свои традиции вплоть до XIII-XIV вв. Это подтверждается и из слов Ал-Омари : «…эта страна одна из самых больших земель, обилующих водою и пастбищами, дающая богатый урожай, когда сеется в ней хлеб… До покорения ее татарами, она была повсюду возделана, теперь в ней только остатки этой возделанности… В ней растут разные деревья, разные плоды, как-то: айва, виноград, гранаты, яблоки, груши, абрикосы, персики и орехи… В их городах выращивается много овощей… »116.

В период расцвета Золотой Орды, благодаря градостроительной политике золотоордынских ханов, земледелие получило мощный поступательный толчок в развитии. Этому способствовали рост городов и городского населения, большое количество зависимых людей, пригоняемых с других земледельческих районов, развитие торговли.

Работая с письменными источниками, обращаешь внимание, что они, в основном, касаются политической истории государства, лишь фрагментарно показывая другие стороны жизни. При этом некоторые сведения о занятиях золотоордынского населения можно получить и из этих скудных источников.

Почти все авторы, говоря о занятиях населения Золотой Орды, отмечают два основных вида деятельности – скотоводство и охоту. Действительно, значение охоты нельзя преуменьшать, она давала мясо, и, одновременно, играла в подготовке армии туже роль, что и современные маневры. Порядок ее был утвержден Великой Ясой Чингизхана117. Скотоводству во всех источниках уделено самое большое внимание. Многие авторы (Ибн-Батута, Барбаро и др.) отмечают, что скот, выращиваемый здесь, в большом количестве шел на продажу в другие страны (экспорт) – «…лошади эти разводятся в страны индийские, … быки – рослые и весьма красивые, их так много, что они снабжают наши итальянские бойни, … верблюдов отправляют в Персию…»118. Ибн-Батута отмечает – «…торговцам остается большой барыш потому, что они продают в Индии самого дешевого коня за 100 дирхемов серебром…, в то время, как в Орде отличному коню цена 50 или 60 дирхемов тамошних»119.

Анализируя эти сообщения, можно предположить, что скотоводство в золотоордынских степях имело одну из задач производства «товара» для экспортной торговли, т.к. это приносило заметную прибыль. Один динар серебром весил 9,12 г, в то время как один дирхем весил в 6 раз меньше, т.е. 1,56 г.120. Поэтому цена коня (в переводе на дирхемы) равнялась 600 дирхемам, что было в 10 раз дороже по сравнению с внутренним рынком.

Некоторые средневековые авторы пытались показать рацион золотоордынцев. Ал-Омари сообщает о преимуществе мяса домашних животных, но сам же добавляет о большом значении проса, фруктов и овощей, выращиваемых в Орде121.

Действительно, в питании степняков определенное место (и не последнее) занимала растительная пища, а именно: мука, толотно, крупы. Удельный вес их в общем составе пищевых продуктов был различен в разных местах обширной территории, среди разных слоев населения122. Потребность в зерне удовлетворялась как за счет его покупки у исконных земледельцев, так и за счет местного производителя. Это подтверждает Барбаро в своем труде «Путешествие в Тану» - «… В исходе февраля месяца по всей Орде возвещают желающим делать посев, дабы они приготовили все нужное … Все желающие отправляются с рабочим скотом … к назначенному месту. Тут они остаются до тех пор, пока не вспашут землю, посеют хлеб и окончат полевые работы … Почва у них весьма плодородна. Пшеница очень крупна зерном и нередко родится сам – 50, а просо – сам 100»123.

Поэтому, видимо, не случайно в составленном половецком словаре «Codex comanicus» встречаются аграрные термины: «сабан» - «поле», «земельный участок», «сабан - темир» - «наконечник пахотного орудия, лемех», «сабанчи» - «земледелец, пахарь»124, «сабан сурмек» - «пахать плугом», «сабан ери» - «поле для озимых», «тегермен» - «мельница», «тегерменце» - «мельник»125.

В некоторых источниках приводятся сведения о базарах, продукции и ценах: «…цены во всем этом государстве чрезвычайно низки: 100 ритлей пшеницы стоят 2,5 динара, ячмень – 2, просо – 2 динара, баранина стоит дирхем за каждые 3 ритля … »126. Переведем это в более знакомые нам величины: 1 ритл = 475 гр., 1 ман = 1950 гр.; вес монет – дирхемов – постоянно изменялся, но неизменным оставалось соотношение 6:1.

В конце XIII в. динар весил 9,36 гр. серебра и был равен 6 дирхемам, каждый по 1,56 гр. серебра 127. Таким образом, 100 ритлей проса стоили 2 динара, т.е. 47,5 кг проса стоили 12 дирхемов или 18,72 гр. серебра. Один ритл проса (475 гр.) стоил 0,19 гр. серебра. Три ритля баранины (1425 гр.) стоили 1 дирхем (1,56 гр.), 1 ритл (475 гр.) стоил 0,52 гр. серебра. Таким образом, видно, что продукт скотоводства – баранина стоит в 2,5 раза дороже, чем просо – продукт земледелия.

Низкие цены на рынке возможны только тогда, когда рынок насыщен товаром (в данном случае земледельческим). А это, в свою очередь, возможно тогда, когда культура ведения сельского хозяйства достигает устойчиво-высокого уровня развития. Процессы урбанизации, градостроительства, социального расслоения общества ускоряли развитие земледелия. Городу нужна была пища, и сельское хозяйство эту пищу производило. Маловероятно, чтобы потребности города в продуктах питания можно было бы удовлетворить только за счет привозного продукта. Ценовая политика мгновенно реагирует на коньюктуру рынка. Примером этому являются разрушения вызванные походом Тамерлана – резко поднимаются цены, главной добычей становится хлеб. «…Скудность и дороговизна дошли до того, что 1 ман проса (1950 гр.) нельзя было найти и за 70 динаров (!) …, царственное милосердие пожаловало воинам добычу хаджи-Тархана и Сарая – хлеб …»128.

О наличии развитого земледелия нам известно не только из письменных источников. Свидетельство этому мы получаем и в результате археологических исследований. Так во время раскопок грунтового могильника «Маячный бугор 1» близ села Красный Яр Астраханской области в ряде погребений были обнаружены зерна проса, винограда, дыни, арбуза, сливы, вишни, тыквы129.

При исследовании грунтового могильника «Маячный бугор 2» у села Красный Яр Астраханской области, кроме находок зерен, в одном из погребений был найден дигирный сосуд (от чигирной поливальной установки) с куриными яйцами130. Остатки различных злаковых культур нередко находят и на других археологических объектах в Нижнем Поволжье.

Памятниками прочной оседлости являются городища и селища. Только на территории Астраханской области известно 13 городищ131, а остатки поселений сельского типа можно обнаружить в нижневолжской степи в гораздо большем количестве132.

За время исследований золотоордынских городищ получено достаточно материала, подтверждающего наличие развитого земледелия. При работах на Водянском городище были найдены зернохранилище, жернова, серпы133. На Селитренном и Царевском городищах обнаружены мастерские по выделке изделий из железа, а в них заготовки и готовые серпы, лопаты134, лемехи135. Богатый материал получен при исследовании Красноярского городища (с. Красный Яр Астраханской области) – зерна проса, дыни, арбуза, каменные жернова, дигири136.Фрагменты дигирей часто встречаются во всех районах волжской дельты. Все эти перечисленные факты говорят о довольно широких масштабах поливного земледелия в период средневековья.

Высшей точкой политического и экономического могущества Золотой Орды считается время правления ханов Узбека и Джанибека (1312 – 1357 гг.). С 60-х по 80-е гг. XIV в. государство сотрясают междоусобные войны. Последовавшая вслед за этим война с Тамерланом окончательно подорвала устои государства. Производительные силы Золотой Орды к началу XV в. пришли в полное расстройство. Регресс городской (оседлой) культуры повлиял на усиление кочевого сектора, но и земледельческие традиции не исчезают полностью. И в XV, и в XVI вв., вплоть до присоединения Астраханского ханства к Российскому государству, часть населения нижневолжских степей продолжает заниматься сельским хозяйством.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   43

Похожие:

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconИсторико-этнографический и архитектурный музей-заповедник «Старая Сарепта»
Музей-заповедник «Старая Сарепта» был создан в 1989 году на базе сохранившегося историко-архитектурного комплекса колонии религиозного...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconОбзор фотодокументов Национального архива Республики Карелия
Петрозаводске в 1871 году (с 1928 г. Карельский государственный музей, с 1940 г. Центральный государственный музей кфсср, затем –...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconФормирование и развитие конкуренции на региональном рынке банковских услуг
Работа выполнена в фгоу впо «Астраханский государственный технический университет» на кафедре «Экономика бизнеса и финансы»

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconВ. А. Немченко Государственный природный заповедник «Белогорье»
Оопт – это биомные ядра экологических каркасов территорий и важные элементы региональных полигонов моделей устойчивого развития (последнее...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconБайкальский государственный природный биосферный заповедник Анализ...
Давая характеристику социально-экономических условий региона, следует отметить их специфические особенности, которые способствуют...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconПравительстве Российской Федерации Государственный исторический музей...
Международного научно-просветительского форума «Власть и гражданское общество в ХХ в.»

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconПоложение о проведении третьего Всероссийского конкурса инновационных...
Настоящее Положение регламентирует статус и порядок проведения третьего Всероссийского конкурса инновационных архитектурных проектов...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» icon18 мая состоялась международная научно-практическая конференция "Эпоха...
Италии до Казахстана. Организатором конференции выступили Астраханский государственный технический университет, ипб россии, Палата...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» icon3. Конференция для учителей-преподавателей биологии Юго-Западного...
Основные мероприятия и издания по научно-методической деятельности, запланированные 12 российскими музеями научно-методическими центрами...

Огук «астраханский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник» iconРоссийский государственный гуманитарный университет историко-архивный институт
Политика Великобритании на Ближнем Востоке в начале ХХ века






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную