Национальные отношения






Скачать 255.17 Kb.
НазваниеНациональные отношения
страница1/2
Дата публикации27.02.2015
Размер255.17 Kb.
ТипДокументы
e.120-bal.ru > Биология > Документы
  1   2
ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ И СОВРЕМЕННОСТЬ 2004 •№ 3

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

О.В. БОРИСОВА, А.В. ОЛЕСКИН

Этническая группа и государство

как субъекты социального взаимодействия:

социопсихологический и биополитический аспекты

Необходимость выработки нового мышления в сфере этнополитологии и этнопо-литики, а также поиска оптимальных путей формирования в Российской Федерации гражданского общества и "ключа" к деполитизации этнического фактора, продолжа­ющего играть важную роль в жизни российского социума, требуют преодоления усто­явшихся стереотипов восприятия этнических общностей. Данное исследование - по­пытка рассмотреть их в контексте социальной психологии и особенно биополитики1.

Продуктивность такого подхода состоит прежде всего в том, что биополитика восходит к философско-мировоззренческой идее натурализма - представлению о тесной взаимосвязи природы и социума и о человеке, который при всей специфике и уникальности все же - продукт биологической эволюции. С натурализмом связана ценностная установка биоцентризма - признание абсолютной ценности всех форм живого на Земле, формирующих единый планетарный "организм" или "тело био­са"2, которое во всем разнообразии его состава обладает неотъемлемым правом на существование. Биополитика моделирует бесконфликтные стратегии поведения ин­дивидов и групп, основываясь, во-первых, на опыте жизнедеятельности различных организмов и сообществ, накопленном в ходе биосоциальной эволюции^ а во-вто-

1 Термин "биополитика" обозначает совокупность приложения всех разделов современной биологии
(этологии, экологии, генетики, нейрофизиологии и др.) к политической теории и практической политике.
Этот широкий спектр естественно-научных направлений применяется для изучения разнообразных социаль­
но-политических феноменов (от поведения избирателей и кандидатов на выборах до вклада невербальной
коммуникации в диалог лидеров и их сторонников; от политического резонанса роста населения планеты до
социальных, этнических и юридических последствий генно-инженерных и биотехнологических разработок).
Биополитика, наряду с социальной психологией, занимается также созданием социальных технологий, повы­
шающих эффективность работы различных творческих коллективов [Олескин, 1998; 2001; Резник, 1996;
Somit, 1968; 1972; Somit, Peterson, 1998].

2 В него входит и человечество со всеми его социально-культурными и этническими градациями, ко­
торые надо рассматривать как важный позитивный фактор, обусловливающий пластичность и приспо­
собляемость всей системы (человечество + биос) при изменениях глобальных условий обитания.

Борисова Ольга Владимировна - кандидат политических наук (Ульяновск).

О лескин Александр Владимирович - доктор биологических наук, заведующий сектором биополитики и биосоциологии, доцент кафедры физиологии микробиологии факультета биологии Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова.

132

рых, на собственно гуманитарных исследованиях, отражающих специфику челове­ческого социума, нередуцируемую до сообществ иных существ, хотя и сопостави­мую с ними [Гусев, 1991; Vlavianos-Arvanitis, 1985; 1998].

Парадигма межгрупповых отношений в этнополитологни

Начнем с терминологического разъяснения. Рабочей категорией нашего анализа является группа, определяемая в социальной психологии как "сообщество, состоящее из двух или более взаимодействующих и влияющих друг на друга индивидов" [Майерс, 2000, с. 356]. Направления биополитики, опирающиеся на этологию человека, изуча­ют механизмы межгруппового взаимодействия, имеющие социально-политический резонанс. В сопоставлении с поведением животных, в первую очередь наиболее близ­ких наших "эволюционных родичей" - человекообразных обезьян (шимпанзе, боно-бо3), исследуются формы агонистического и лояльного поведения. Термин агонисти-ческое поведение включает все его формы, связанные с конфликтами индивидов и групп: агрессию, подчинение, избегание противника, изоляцию от него [Дьюсбери, 1981]. Что касается лояльного (или неагонистического) поведения, то оно соответст­вует спектру форм дружественного, сплачивающего социальную систему поведения и распадается на афилиацию (взаимное притяжение особей в одной семье, группе) и ко­операцию (взаимопомощь; совместное решение той или иной задачи). Изучая меха­низмы межгруппового общения и особенности различных поведенческих стратегий, можно раскрыть сущность этнических конфликтов, их структуру, динамику и предпо­ложить технологии эффективного общения. Преимущество данной методики состоит в том, что проблема взаимодействия этнической группы и государства в полиэтничес­ком обществе анализируется в системе "группа-группа".

Здесь, однако, требуется уточнение. С примордиальной позиции "этническая груп­па" - ассоциация с характерными для нее социально-культурными и психологически­ми признаками (общность языка, территории, предков, мифологии, бытового уклада; этноцентризм, этнические предрассудки). Иначе говоря, данное понятие практически тождественно термину "этнос". С точки зрения же нормативного и институционально­го подходов под этнической группой понимается часть этноса, проживающая в грани­цах социального и политического пространства другого народа, то есть этническое меньшинство или "нетитульная" этническая общность. Если в гетерогенном обществе подобная группа не имеет суверенитета (автономии) в рамках политической системы доминирующего ("титульного") этноса, то она занимает подчиненное положение в ие­рархии их взаимоотношений. Ибо "титульная нация" (общность) выступает в роли ос­новного носителя данной политической системы и источника государственности. Она фактически отождествляется с государством - институтами власти, образующими ос­новной политический субъект, или одну из самых влиятельных, "организованных сверху донизу" социальных групп [Сорокин, 1994, с. 52].

Как агенты коммуникации этнические группы имеют свои характерные особеннос­ти, которые позволяют считать их аналогами небюрократических структур, разраба­тываемых ныне в теории и практике менеджмента. Подобно им этнические группы построены в значительной мере на системе горизонтальных связей и неформальном лидерстве, имеющем расщепленный характер (выделяются политические, духовные, религиозные лидеры). Фактором групповой сплоченности этнического коллектива является этноцентризм, который может сочетаться с ксенофобией, проявляющейся не только как неприятие "чужих", но и как культивирование с раннего детства этниче­ских предрассудков - неоправданно негативных установок по отношению к другим группам и их отдельным членам [Мескон, Альберт, Хедоури, 1992; Олескин, 1998].

3 Бонобо - сравнительно недавно открытый вид высших приматов, известный также как карликовый

шимпанзе.

133

Этноцентризм с точки зрения биополитики обусловлен территориальным поведе­нием человека на групповом уровне и стремлением к межгрупповой изоляции. Как и у приматов, территориальное поведение Homo sapiens связано с консолидацией группы как биосоциальной системы, распознаванием "своих" и "чужих", против которых и на­правлено агонистическое поведение. Предпосылкой этноцентризма является внутри-групповая афилиация, порождающая дихотомию "свой-чужой" ("мы-они"). Она свя­зывается первоначально с родственным альтруизмом - самопожертвованием особи ради близкого кровного родственника (родителя, детеныша, брата и др.), у которого имеется существенная доля общих генов с индивидом-альтруистом. С эволюционной точки зрения родственный альтруизм - способ распространения своих собственных генов в потомстве, и потому на генетическом уровне он является эгоизмом [Докинз, 1989].

Ряд причисляющих себя к биополитикам ученых полагает, что люди, подобно многим животным, имеют способность отыскивать тех, кто имеет общие с ними ге­ны. Генетическое сходство обнаруживается прежде всего по первичным маркерам (черты внешнего облика, телосложение, голос, запах и др.), имеющим наследствен­ную компоненту4. Есть данные, согласно которым из характерологических призна­ков генетически детерминирована предрасположенность личности к экстраверсии (открытости, общительности) или к интроверсии (погруженности в себя). Люди го­товы совершать акты альтруизма по отношению даже к неродственным индивидам, если последние имеют общие генетически заданные признаки [Rushton, 1999].

Разделение на "своих" и "чужих" - универсальная характеристика живых существ, но у Homo sapiens большое значение в функционировании этого механизма, помимо биологических, имеют социально-культурные факторы. Бытует мнение, что уже в первобытном обществе под разделение людей на соплеменников и чужаков подводи­лась культурная база - мифология. "Своей" группе обычно отводилась роль храни­тельницы мирового порядка, другие же воспринимались средоточием хаоса. Перво­бытная ксенофобия сочетала в себе два идейных компонента - представление о собст­венном превосходстве и исключительности и рассмотрение чужаков как воплощение вселенского зла.

Механизм "свои-чужие" имеет стереотипную природу. Стереотипы экономят жи­вым существам на различных этапах биологической эволюции время на обработку информации, позволяют очень быстро распознавать друга и врага, товарища по груп­пе и постороннего, упрощают мир и вызывают чувство уверенности в себе [Лоренц, 1994]. Аналогично и в более зрелом человеческом обществе стереотипные убеждения и базирующиеся на них предрассудки обусловлены особенностями нашего мышления, стремящегося сводить сложное к простому.

По гипотезе Д. Раштона этносы формируются из генетически сходных индивидов, хотя это сходство и существенно ниже свойственного членам одной семьи. Поэтому и возможен аналог родственного альтруизма - самопожертвование ради других пред­ставителей своего этноса. Данная гипотеза, однако, весьма дискуссионна, поскольку далеко не все этносы современности эндогамны. Эндогамия была характерна для пер­вобытных родов и племен; ныне же ее практикуют лишь некоторые группы евреев и религиозные секты (гуттериты, амиши), однако современные крупные этнические общности, допуская генетический обмен с другими этносами, характеризуются весьма низким уровнем биологического родства. Правда, здесь имеется возможность для по­литических манипуляций: элиты, как правило, хорошо владеют искусством мобилиза­ции масс путем стимулирования в рамках большого общества чувств "братства по крови", присущих малым группам или семейным общинам. Известен мобилизующий

4 Также существует предположение, что распознавание этнической принадлежности производится подсознательно не только по первичным, но и по вторичным, культурно обусловленным маркерам: язык, диалект, акцент, одежда, стиль, манера поведения и т.д.

134

потенциал оборотов речи и слов, связанных с внутрисемейными отношениями (на­пример, обращения "братья и сестры" в политической риторике; слова, указываю­щие на более отдаленные связи, например, обращение "друзья", мобилизуют намно­го слабее) [Salmon, 1998].

Контрагентом в указанной системе социального взаимодействия является государ­ство - формализованная бюрократическая группа, чьи цели, стратегии поведения и границы деятельности определены нормативными актами. В качестве факторов его внутригрупповой консолидации можно выделить корпоративность, жесткую должно­стную иерархию и привлекательность доступа к институциональным рычагам управ­ления. Государство как социальная группа отличается тем, что взаимоотношения между ее членами определяются их рангом, статусом и должностью. Государственная группировка осознает свою функциональную значимость в макросоциуме, но вынуж­дена учитывать и уравновешивать интересы разнопорядковых групп. Она аккумули­рует политическую власть, регулирует распределение, использование и воспроизведе­ние ресурсов, обеспечивает сохранение территориальной целостности страны.

Бюрократический принцип организации государственной группы и формализация взаимоотношений внутри нее обусловливают стремление к унификации управленчес­ких объектов, что может порождать ответную реакцию социального беспокойства со стороны этнических групп различных цивилизационных типов. В подобной системе социального взаимодействия государство все же является ведущим партнером, ибо оно обладает необходимыми ресурсами власти, определяет векторы общения, его ин­тенсивность и эффективность. Государственная группировка, заинтересованная в на­вязывании тех или иных стратегий общения, исходит из утвердившейся в ее границах ценностно-нормативной системы, которая может совпадать или противоречить цен­ностным ориентациям какой-либо конкретной этнической группы. Стратегия и моде­ли поведения представителей последней определяются типом политического режима, навыками правовой и управленческой культуры и в немалой степени задаются самой политической элитой. Государство заинтересовано в формировании надэтнической идентификации индивидов: подданнической в традиционных обществах и граждан­ской - в современных.

Оба партнера в указанной системе социального взаимодействия заинтересованы в воспроизводстве своего уровня идентификации, социально-культурным механизмом которой является индоктринация. Под ней понимается целенаправленное внушение политических идей, ценностей, символики, норм поведения группам людей, выступа­ющее средством групповой консолидации, способом политической мобилизации и механизмом мотивации к тем или иным совместным действиям. Индоктринация, ес­тественно, обусловлена как этологическими, так и культурными факторами [Eibl-Eibesfeldt, 1998].

Путем индоктринации в общество внедряются идеологии - системы установок, идей и ценностей, отражающие отношение к действительности, интересы, цели или умонастроения тех или иных субъектов политики. Социальные функции идеологии в основном сводятся к:

  • организации мышления; определению в нем приоритетов - четких ориентиров,
    регламентирующих мир и жизнь человека в обществе;

  • формированию самоуважения; определению цели и смысла жизни индивида;

  • выделению четких критериев для распознавания "своих" и "чужих";

  • реализации агрессивного потенциала людей в борьбе за достижение поставлен­
    ных целей;

  • обеспечению нейрофизиологического гомеостаза (поддержанию среди своих
    адептов приятного эмоционального состояния) [McGuire... 1998].

Идеология часто воздействует на выбор типа межсубъектного общения между этнической группой и государством: императив, манипуляция, диалог. Рассмотрим данный типологический ряд, построенный на основе критериев иерархии доминиро­вания партнеров и их целей.

135

Общение в виде императива

Императив - "авторитарная, директивная форма воздействия на партнера по об­щению с целью достижения контроля над его поведением и внутренними установка­ми, принуждение к определенным действиям или решениям" [Битянова, 1994, с. 5] -исторически наиболее традиционный тип взаимодействия. Императив как стратегия общения предполагает стремление к полному доминированию над партнером, навя­зывание ему своих ценностных установок, жесткое регламентирование всех сфер его жизнедеятельности; часто содержит негативные оценки в восприятии партнера и может быть нацелен на его уничтожение или устранение из системы социального взаимодействия.

В эволюционном плане это самый старый, возникший одновременно с древнейши­ми цивилизациями вид общения, присущий государствам имперского типа. В наше время он используется как инструмент силового давления на "нетитульные" этничес­кие группы. Можно выделить три типа императивной стратегии, проводимой государ­ством в отношении этнических групп: дискриминация, территориальная и правовая изоляция, геноцид.

Дискриминация - ограничение или лишение части граждан политических и граж­данских прав и свобод по признаку этнической (расовой, религиозной, языковой) при­надлежности. Использование данной стратегии общения нацелено на обеспечение привилегированного положения "титульной" группы (с которой себя и отождествляет государственная группировка) и ограничение других этнических общностей в области избирательного права, высшего образования, свободы передвижения и выбора места жительства, социальных и экономических прав. На постсоветском пространстве эле­менты дискриминации в отношении "нетитульных" этнических групп можно наблю­дать, например, в Латвии и Туркмении, где проводится курс на создание моноэтничес­кого общества.

Территориальная или правовая изоляция этнических групп, пожалуй, более же­сткая форма императивного воздействия со стороны государства. Классическим об­разцом данной модели взаимодействия можно считать гетто - особые поселения для евреев, появившиеся еще в средние века в странах Западной, Центральной и Восточ­ной Европы. Подобия гетто встречаются и в современных государствах: это районы города, в которых селятся дискриминируемые группы (этнические или расовые). По­сле Второй мировой войны стратегию территориальной изоляции открыто проводил режим апартеида в ЮАР. Система апартеида была построена на разделении населе­ния страны на четыре группы: "белые", "черные", "цветные" и "азиаты"; полнота гражданских прав гарантировалась лишь первой. В отношении других групп апартеид предусматривал ограничение их жизнедеятельности: жилищную сегрегацию, сегрега­цию в общественных местах; регламентацию круга возможных профессий для каждой группы; запрет массовых контактов (особенно браков). На определенном историчес­ком этапе формой территориальной изоляции были резервации для малочисленных коренных жителей страны (например, индейцев в США, аборигенов в Австралии). Не­обходимо, однако, отметить, что в настоящее время резервации стали механизмом за­щиты этнокультурной специфики данных общностей от разрушительных для нее по­следствий модернизации.

Еще одна историческая форма групповой изоляции - депортация, то есть насиль­ственное перемещение этнических групп, фактическое их выселение из традицион­ных мест обитания или с исторической родины. Например, в период Великой Отече­ственной войны были ликвидированы автономные территориальные образования немцев Поволжья, калмыков, чеченцев и ингушей, карачаевцев, балкарцев, крым­ских татар, а сами эти группы были выселены в восточные регионы СССР.

Наконец, крайним выражением государственного императива в рассматриваемой сфере является геноцид - действия, нацеленные на полное или частичное уничтоже­ние этнических, расовых или религиозных групп населения. Наиболее яркие и изве-

136

стные примеры здесь - политика уничтожения евреев, цыган и славянских этносов, проводимая нацистской Германией, и массовое уничтожение армян в Турции в 1915-1916 г. Элементы такой политики содержали этнические чистки в период граждан­ской войны, связанной с распадом Югославии.

Идеологическим обоснованием императива как поведенческой линии государствен­ной группировки обычно выступают различные варианты великодержавного шови­низма (возвеличивание роли и положения "титульной" группы, принижение "нети­тульных", которым отказано в самобытности) и расизма (представление о естествен­ном превосходстве одной расы над всеми остальными, рассматриваемыми как неполноценные и невосприимчивые к прогрессу). А средством осуществления данной политики выступает этническое насилие - принудительное воздействие на этничес­кую группу, нацеленное на ограничение ее жизнедеятельности, искусственное разру­шение целостностей, подавление и ущемление интересов группы и даже ее уничтоже­ние. Власть, навязывая императивное общение, рискует получить нарастание этничес­кой напряженности и социального беспокойства дискриминируемых групп, чреватое возникновением конфликтной ситуации.

Впрочем, сами этнические группы также активно применяют императив в качест­ве метода воздействия на государство. Использование данного вида взаимодействия обусловлено политизацией этноса: он начинает выступать в качестве политического актора, использующего различные виды силового давления: неконституционные, не­легальные и революционные средства борьбы против различных форм дискримина­ции или за политическое самоопределение вплоть до создания собственного государ­ства. В качестве механизма политической мобилизации этнические лидеры использу­ют идеологию национализма, базирующуюся на приверженности людей к интересам своей общности, нацеленную на актуализацию этнического уровня идентификации индивида.

В истории мирового политического процесса развитие такого вида социального взаимодействия обусловлено глобальными процессами модернизации, деколониза­ции и демократизации, которые мы наблюдаем на всем протяжении XIX-XX вв. и по сей день. Исторической формой императива были так называемые национально-ос­вободительные движения и революции угнетенных и дискриминируемых групп в странах Центральной и Восточной Европы, Азии, Африки и Латинской Америки, в результате которых возникли десятки новых государств. Современные проявления императивной стратегии - это этносепаратизм (распад СССР, СФРЮ и ЧССР) и эт-нотерроризм. Последний выступает как самая жесткая, бесперспективная форма по­литики, одобряемая далеко не всеми членами этнической группы: террористические акты несут угрозу и самой группе, так как общество относится к ней крайне нега­тивно, идентифицируя с образом "внутреннего врага".

Императивное взаимодействие в начале 1990-х гг. было распространено в России. В то время на фоне глубокого экономического кризиса, коренной ломки привычного уклада жизни этносов различных цивилизационных типов, деформации единого соци­ально-политического и культурного пространств произошла политизация массового сознания, в которое проникли идеи самоопределения этнических групп, подкреплен­ные часто превратно толкуемыми соответствующими нормами международного пра­ва. Политическая мобилизация этнических общностей в зависимости от позиции их складывавшихся элит приобретала различные формы и проявилась с различной сте­пенью интенсивности в той или иной этнотерриториальной единице. Регионами повы­шенной активности этнических групп были Средняя Волга, Средний и Южный Урал, Южная Сибирь, Алтай и особенно Северный Кавказ. Наиболее высокий уровень аг­рессивного потенциала был реализован чеченской общностью, которая, провозгласив создание независимого государства - Ичкерии, навязала федеральному центру страте­гию сверхжесткого императива. В результате пострадал в первую очередь сам чечен­ский этнос.

137
  1   2

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Национальные отношения iconИ. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные...
Несколько лет в стране царила настоящая эйфория, и епископ Десмонд Туту провозгласил, что Южная Африка уже стала «радужной нацией»....

Национальные отношения iconТема 10. Национальные особенности этикета делового общения (2 часа)...
Практическое занятие 10. Национальные особенности этикета делового общения (1 час) 133

Национальные отношения iconПолитической экономии
Производительные силы и производственные отношения. Сущность, структура и система производственных отношений. Отношения собственности...

Национальные отношения iconСтатья Налоговое законодательство Республики Таджикистан и его действие
Настоящий Кодекс регулирует властные отношения по установлению, изменению, отмене, исчислению и уплате налогов, а также отношения...

Национальные отношения icon«Социальная структура общества и социальные отношения»
Направленные на общение (воспитательные): создание условий для формирования ответственного отношения к учебному труду, проявления...

Национальные отношения iconГлобальные проблемы человечества
История человечества представляет собой сопряженное развитие двух типов отношений определяющих всю жизнедеятельность людей. Первый...

Национальные отношения iconЛат creditum заём от лат credere доверять или кредитные отношения...
Кредитные отношения могут выражаться в разных формах кредита (коммерческий кредит, банковский кредит и др.), займе, лизинге, факторинге...

Национальные отношения iconВ. Шутилин Эмпирические исследования в области политики и управления:...
Эмпирические исследования в области политики и управления: местные, национальные и международные перспективы

Национальные отношения iconА. Климов Православный социализм и западный капитализм. Национальные интересы 2009 №2

Национальные отношения iconЛитература Авдокушин Е. Ф. Международные экономические отношения....
Международные экономические отношения / Учебник /Под ред. А. И. Евдокимова. – М.: Проспект, 2006






При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
e.120-bal.ru
..На главную